ФорумКалендарьПользователиКарта АмалирраГалереяЧаВоРегистрацияВходГруппыПоиск
Амалиррец, будь в курсе!

10.10.18 Изменен п.4 раздела III настоящих Правил. Читать в объявлении.

01.10.18 Друзья, на форуме проводятся тех.работы по смене дизайна. Просим найденные ошибки и недоработки описывать здесь. О завершении будет сообщено дополнительно.

24.09.18 Спешите заявится на Большой Турнир. Заявки принимаются до 30.10.18

16.09.18 Большая Книга Заклинаний в переработке до 31.10.18
3056 год IV Эпохи. Освободилось место придворного мага при государе Тавантинской Империи. Прежний маг - мэтр Катальор - пропал в своей последней экспедиции. Восточные провинции империи страдают от раубриттеров.

По провинции Азрабея, что в Атраване, ходят самозванные пророки возвещающие конец времен. По их словам скоро вернется царица азрабеев Фаргутта, которая освободит свой народ от власти шаха.

Для игроков заканчивающих квест или сюжет, время остается (Зима 3055).

Вливаемся в игруСписок текущих приключений
Сюжетные персонажи
Поиск соигроков
Заявки на собственный сюжет
Список сюжеток
Задания от НПС
Поход на Север
Там вдали за рекой..
А зори здесь тихие

Местные забавы, развлечения и всяческая внеигровая активность, поощряемая плюшками.

Акция "ТопоТык - Сталь и почет" - Постоянная акция. Поддержим Амалирр на топах вместе. Статус: Открыта

Акция "Где мои 17?" - Постоянная акция. Если у Вас день рождения, заходите крутить рулетку именинника. Статус: Открыта

Конкурс Песняров - Единоразовый конкурс. Заходите участвовать, песни петь, да куплеты сочинять. Статус: Открыт

Конкурс "Лучший игрок"- Постоянный конкурс. Открывается в начале каждого месяца для голосования. Статус: Открыт

Конкурс "Лучшая команда" - Постоянный конкурс. Открывается в начале каждого месяца для голосования. Статус: Открыт

Конкурс "Словомес" - Периодический конкурс. Работает раз в два месяца. Статус: Открыт
Слагатель - Администратор. Творец истории всея Амалирра. В лс просьба не писать. Все вопросы направляйте в тему Вопросы и ответы.
Зона ответственности: Библиотека, основной сюжет, инф. база, квесты. Начисление и списание игровых очков и очков опыта.

Изольда - администратор и создатель форума.
Зона ответственности: конкурсы, реклама проекта, связь с общественностью, турниры на ристалище, начисление и списание игровых очков и очков опыта. Выносит решения о наказаниях за нарушение правил ролевой.

Даурлон - администратор. В отпуске.
Зона ответственности: квесты, инф. база, начисление и списание игровых очков и очков опыта, проверка анкет и книг магии.

Клея - модератор. В отпуске.
Зона ответственности: проверка анкет, аватар - и подпись - мейкер.

Зилхар - модератор.
Зона ответственности: проверка анкет, квесты.

Энац - модератор.
Зона ответственности: галерея изображений, проверка анкет, квесты.

Утер Манн - модератор.
Зона ответственности: проверка анкет, заклинаний, квесты.

Мэлодит - модератор.
Зона ответственности: проверка анкет, конкурсы (в отсутствии Изольды). Начисление и списание игровых очков и очков опыта.

Неписи:
НПС, Весть, Многоликий, Безликий - 4 вестника апокалипсиса. С данных аккаунтов в квестах отписываются Гейм Мастера.
Джед - распорядитель боев на ристалище.
Ламитина - распорядитель в шатре Шутихи.

• Подать жалобу • Сообщить об ошибке • Отблагодарить • Внести предложение
Добро пожаловать в Амалирр!

Амалирр - это форумная ролевая игра, события которой разворачиваются в авторской вселенной. Реальность мира - аналог Позднего Средневековья. Здесь Вы найдете отголоски культур Европы, Персии и Ближнего Востока, Японии и Китая, а также широкий набор мифических народностей.

Жанр: Тёмное фэнтези с элементами низкого
Рейтинг: 18+
Система: локационно-эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Дата создания: 09.07.2011г.
P.S.
Как бы сильны не были Ваши персонажи на других ролевых — здесь это не значит ничего! Мы дадим вам обидное прозвище, крепко прищемим дверью, треснем табуреткой по голове, искупаем в испражнениях, а под конец заставим платить алименты!!!! Грррр.
Конечно, мы шутим. У нас дружелюбный АМС состав (кроме Крякена). Всегда поможем и подскажем. Обращайтесь в Гостевую ->
Лучшие игроки месяца
Приветствие
Приветствие
Правила игры
Гостевая
Вестник
Бросить кости
Поделиться | 
 

 Деревенская околица

Перейти вниз 
На страницу : Предыдущий  1, 2
АвторСообщение

Рассказчик
Путник
СообщениеТема: Деревенская околица
Вс 15 Янв 2012, 22:18

avatar

Репутация : 36
Игровые очки : 206
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма

Посмотреть профиль

Первое сообщение в теме :

Вернуться к началу Перейти вниз

АвторСообщение

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Пн 27 Фев 2017, 19:37



Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Как только капеллан повторил призыв, потроха провалились в пол, образовав бездонную дыру из которой шел невыносимый жар, а из самой же бездны медленно поднялся, словно паря, высокий человек в старинных одеждах. Лицом он был прекрасен как эльф, или даже эльфийка, но наверняка не разобрать было точно мужчина это или женщина. За спиной же у призванной твари были два изувеченных черных пернатых крыла.
Когда нечто поднялось на пядь выше уровня пола, дыра закрылась и исчезла вместе с жаром, а гость из бездны опустится на каменную поверхность.
Это ещё что? Неужто Тоторус решил ослушаться? Или это имя не беса, а этого выродка? А может ритуал прошел не так гладко? Господь всемогущий, да что же творится.
Нахмурив брови, Утер так и не смог выбрать достойный вариант происходящего, а потому лишь крепче сжал рукоять плети да грозно изрек:
— Назови себя, отродье бездны!
— У меня много имен. Какое из них назвать тебе, паладин? — абсолютно спокойно ответил неизвестный, взирая на служителя инквизиции взглядом, в котором читалось то ли безразличие, то ли снисходительность, впрочем, как и в его тоне.
— Я капеллан, а не паладин, нечисть ты проклятая, — негодовал Манн, слегка помахивая освященной плетью, — назови то, как кличут тебя чаще всего, нечистый!
— Кличут собак и прочую живность, смертный. И где твои манеры? Так ли ты разговариваешь с ангелом Творца? — наставительно заметил демон.
— С ангелом? — инквизитор презрительно сплюнул на пол, слегка усмехнувшись, — ты, отродье Сатаниэля, смеешь называть себя ангелом? — Манн одновременно с вопросом взял миску со святой водой да плеснул ею в призванную сущность.
— Я сотворен Творцом. Кстати, как и сам Сатаниэль, и Исайя и даже ты, человек... и никто кроме нашего Отца не вправе лишить меня этого! — слегка повысил голос падший и в подтверждение своих слов он расправил внушительные черные крылья, как раз в тот момент, когда Утер плескал в него водой. Та окатила лицо демона, чем смазала впечатление от его речи, но видимого вреда не нанесла.
— Мило... — сплюнув попавшую в рот воду, изрек демонюка, — ты лишний раз подтвердил мне, что человек неудачнейшее из творение Всевышнего. Ваше место по праву должно быть в Бездне...- Протянув руку, на которой в ту же секунду выросли длинные когти что напоминали несколько кинжалов эльфийской работы, он провел ими перед собой, оставляя в воздухе четыре светящиеся борозды, будто его отделяла от призывателя незримая преграда.
— Имя Творца защищает тебя, чтож, хотя бы вызов ты провел правильно.
Уголок губ капеллана слегка дернулся, видимо демон был явно выше "рангом", чем предполагал мужчина, а потому вода его и не взяла. Инквизитор был уверен, что пред ним был не ангел, а демон, ибо первые никогда не являлись на зов человека, предпочитая отсиживаться на небесах. Может эта тварь и была когда-то воином господнем в его царствии небесном, но вот творец сослал его в бездну, отчего крылья и потеряли свой изначальный белоснежный цвет.
Хотя бы вызов провел правильно, а что же тогда неправильно? Как же ты, мразь эдакая, просочилась?
-Худшее из творений? Осуждаешь единого, тварь? Только богомерзкий ублюдок, нечистое отродье скверны может так отзываться о Творце! Назови себя! Именем господа и ордена святой инквизиции! - Повелел капеллан, прикладываясь плетью к гостю из бездны, но вот только не суждено ей было достигнуть цели, ибо тотчас же орудие пыток испарилось, оставив на руке ожог, на что мужчина крепко стиснул зубы, шипя сквозь них. Боль была не адская, но крайне неприятная.
— Я отзываюсь не о Творце, я отзываюсь о том, кого Он создал. Ведь даже Творец не застрахован от ошибок, именно поэтому он создал нас, фелимов и авастаров - сделав нас своими помощниками. А ты, человек.... Ты даже не знаешь ВСЕЙ правды... Но довольно. — демон скрестил на груди руки, укутав себя крыльями словно плащом, — я не обязан тебе представляться, Утер Манн. Правила обряда не позволяют мне так просто уйти, поэтому ты задашь мне ОДИН вопрос, на который я отвечу. А теперь говори: Ты хочешь узнать что тебя ждет в будущем? Может тебе открыть тайну мироздания? Или ты по прежнему жаждешь узнать мое имя?

Плеть испепелил зараза. Да кто же ты такой? А может его как раз таки бес послал, чтобы этот ответ дал? Да, наверное… И как много он всего предлагает, ответ на абсолютно любой вопрос. Нет, хитрит тварь, нельзя верить демонам, всегда настаивай на своем! Не дай им себя запутать и служи во славу господню!
В человеческом лике явно читались ненависть и презрение к адской твари, и капеллан твёрдо решил, что не сойдет с намеченного пути, а потому задал тот вопрос, по которому и устроил всё это представление.
-Хорнкерст, что за напасть мучает жителей, кроме мертвецов, что за причина их бед и как её одолеть? – С неприязнью выдавил из себя заступник веры, морща лицо в гримасе ярости и поглядывая на обожжённую ладонь – демон явно был силен и прекрасно это осознавал.
- Это целых три вопроса. Но я отвечу. Эта напасть - Месть. Эта беда - Любовь. Одолеть не сложнее чем сжечь человека! А теперь до встречи, Утер Манн. И не поминай меня в молитвах.
-Пошел прочь. - Лишь отмахнулся капеллан, позволяя демону вернуться в бездну, который сразу же взмахнул крыльями и силуэт его растаял клубами дыма, растворившимся в воздухе. После себя гость оставил странный запах, как если бы инквизитор находился в цветочном саду и из окна кухни на него несло горелом мясом. Сильно горелым.

Плеснув на руку воды, мужчина перебинтовал её да подкрепил сие молитвой об исцелении, после чего принялся углем затирать пентаграмму призыва, попутно размышляя о том, что произошло и какие ответы были получены.
Неужели нельзя дать простой ответ на простой вопрос? Высокомерный ублюдок, демонское отродье, не зря тебя Создатель в бездну сослал. Ладно, чтоб тебе горелось до скончания веков. Месть значит. Кто-то или что-то мстит за кого-то или что-то? Допустим крестьяне и сожгли таки настоящую ведьму. А теперь за её смерть мстят. Её творение, ученик или любовник? Беда – любовь, собственно причина мести. Но это же демон, он запросто мог иметь под любовью, что угодно! Извращенное удовольствие от насилия например…
Закончив с углем, капеллан вылил остатки крови в черную мазню, а после залил все это дело маслом. Взяв в руку факел, Манн поджег следы ритуала, начав чтение об очищении:
-Да освятит Господь эту землю и озарит он её милостью своей, изгоняя всю скверну прочь, как рассвет гонит ночь. И тьма уйдет без следа, и будет чисто место сие, также как и вся земля, что была волей твоей сотворена…
Потратив ещё некоторое время на заметание следов, церковник наблюдал за огнем, что пожирал улики, попутно продолжая свои думы.
Не сложнее, чем сжечь человека. Прямая инструкция или метафора? Хорошо, что дьявольские наводки на сущих не указывают – уже отрада.
Подобрав с пола вещи, мужчина кинул последний взор на каменный пол, что почернел от огня, да направился прочь из подвала, нахмурив брови. Оставалось лишь идти на хутор.
Вернуться к началу Перейти вниз

Динджин
Пилигрим
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Сб 11 Мар 2017, 21:59



Посмотреть профиль

Разговор с инквизитором лишь более заставил Динджин анализировать происходящее и переосмысливать детали этого дела. Действия священнослужителя вызывали подозрительность  и недоверие со стороны особы аристократической крови, а ныне и вовсе она задумалась над поведением капеллана всерьез. 
"Факел, десяток свечей, бурдюк козей крови, горючее масло, уголь, свиные потроха, пара мисок, тряпье либо же бинты, кнут с тремя концами и серебряными зубцами на них..." - вновь мысленно перебирала написанный Утером список, вникая в назначение каждого в рамках сложившегося.
"Он сказал, что узнает о наличии духов и призраков...или сделает ловушку для нежити...Почему нутром я чувствую, что инквизитор действует путем обмана? Предположим, использование крови и потрохов для приманивания нежити допускается, но как он собирается узнавать о наличии духов при помощи них, да и как он собирается узнавать о призраках, если он всего лишь священник?! И зачем ему нужен для этого дом? Слишком много вопросов...Капеллан что-то не договаривает..." - леди Акаквирира лихорадочно пыталась воссоединить картину событий и раскрыть замысел инквизитора.
"Если допустить, что Утер врет, то тогда для чего могут понадобится кровь, потроха...а свечи...почему их так много, да и зачем? - мысли постепенно обретали образ возможной картины и Дин ощущала, что подбирается к ответу и наконец, когда ее взор устремился на вроде бы безобидный предмет, девушку словно озарило, - Кровь, потроха, свечи...Ритуал?! Неужели инквизитор якшается с нечистым или подозрения окажутся пустыми? Чтож, вскоре это будет ясно" - заключение аристократки заставило ее сомневаться еще больше в словах Утера.
"Но на этих землях люди Создателя служат светлым силам, а не демонову отродью и никто не имеет права возводить себя выше рангом и решать, что может плевать на трактуемые законы!" 
Случайно ли или по велению Всевышнего, но еще утром небо хмурилось, медленно заволакивая собой деревню, передавая свое пасмурное настроение на местных обитателей. Проливные дожди весной - редкое явление в этих краях, по крайней мере, Дин раньше на это не обращала внимания, до этих самых пор. Сегодня волшебнице предстояло сделать очень многое, а именно вывести на чистую воду служителя Ордена Святой Инквизиции. 
"С другой стороны, возможно, он действует ТАК во благо жителей... Но любыми средствами?! по крайней мере не тебе священнослужитель!" 
Весь остаток дня до встречи с инквизитором, колдунья работала со своей морозной сумкой. Колдунья предположила, что боеприпасы не помешают и заготовила еще десяток водяных сфер и полтора десятка ледяных сосулек, бережно укладывая их в хранилище. А когда настал нужный момент, отправилась на встречу с церковником. 
Всю дорогу девушка лишь внимательно слушала капеллана, не перебивая его и ожидая, когда тот допустит новую ошибку, отмечая для себя необычное, а таковое происходило.
"Не все духи любят являться служителям воли всевышнего а уж в компании колдуньи и подавно...Э...причем тут компания колдуньи, да и каковы истоки этих размышлений. Не припомню, чтобы церковники якшались с колдунами..." 
поэтому к дому лучше не подходите особо близко, а то спугнете ненароком это отродье...Что??? Колдунья спугнет духа, а святой служитель нет? Может я и не смыслю в происках некромантии, но и логической связи в данных суждениях тоже не наблюдаю. Остаться снаружи, а инквизитор будет чем-то заниматься внутри? Надейся, что твои действия тебя не выдадут!" - колдунья сопроводила взглядом инквизитора, а сама спряталась под крышу. Когда Утер скрылся из виду, войдя внутрь избы, колдунья соорудила возле себя лужу и стала пристально в нее смотреть. В ней она отчетливо видела мужчину перед собой. Это был Утер Манн. После чего церковник окунул в жидкость пальцы и начал разрисовывать свое лицо кровью в виде креста. 
"Сукин сын! Выходит, Оливер был прав. Тем хуже для тебя"  - Дин сокрушалась над происходящим, но продолжала следить за церковником, а тот продолжал свой ритуал. Теперь он взял уголь и начал им что-то водить по земле, затем достал потроха, зажег свечи и вскоре в зеркале девушки краем появилось омерзительное лицо слуги дьявола. Динджин наблюдала за всем происходящим, что творил инквизитор и не могла поверить в происходящее, хотя и сама мысленно обвиняла того во всем, но увиденное было не опровержимо для аристократки. 
"Чертов еретик!" - поняв, что внутри избы, священнослужитель призывает демонов, волшебница не стала задерживаться и немедленно вернулась в трактир. Оседлав коня, она выехала прочь из деревни. Обратно в Бризингер. 
"Теперь твою судьбу решат другие люди"

(переход в – Бризингер. Улицы)

(!):
 
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Сб 22 Апр 2017, 23:19

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Технические моменты:
 

Выйдя по утру из дома, капеллан распрямил спину, похрустев звучно костями. Мужчина провел всю ночь лишь в освещении факела, а потому глаза были слегка зажмурены от лучей солнца, что знаменовали собой рассвет. Леди Акаквириры не было поблизости, да и признаки боя отсутствовали, отчего церковник лишь хмыкнул, бросив что-то вроде «колдуньё» и ещё нечто совсем неразборчивое. Сбежала ли она как Оливер, или просто отправилась отсыпаться – Утер не имел представления, но уж точно знал, что в нынешнем деле он сам себе помощник.
Ноги неспешно перебирали траву да землю под ногами, покуда взгляд был устремлен куда-то в пустоту, ибо был инквизитор сейчас глубоко погружен в свои размышления – не каждый день служителю церкви являются мелкие бесы, а вслед за ними ангелы, пусть даже и падшие. А ежели ангел был ниспослан в бездну, делает ли его это демоном? Ведь помимо дьявольских отродий в аду горят грешники, и те вовсе не черти. Хотя это спорный вопрос, так как Утер от старого друга Жана слыхал рассуждения, мол что души, истязаемые в бездне, со временем и сами становятся демонами, пополняя тем самым ряды Сатаниеэля. Так ли это на самом деле? Врядли кто из смертных способен дать точный ответ, хотя кто знает, какие тайны скрывают живые. И более того, как падший воин господень умудрился пробиться в ритуал призыва? Отвратительный обряд, безусловно, дал свои плоды, осталось лишь понять как их толковать, но вот и иных вопросов появилось ещё больше.
Пройдя немного вглубь деревни, Утер заприметил массивное дерево, возле которого и сел, облокотившись на ствол его будто на спинку добротного кресла. Необходимо было ещё раз все обдумать и взвесить, прийти в себя, так сказать. С глубоким вздохом с губ сорвались следующие слова, обращенные к невидимому и неслышимому собеседнику:
-Проще волос девы из лонгобадов в стоге сена найти, чем разобраться в твоей воле. – Взгляд был обращен к небесам, как и всегда в такие моменты, и как всегда господь молчал, ровно как и его крылатые дети. Извечно один и тот же результат, но зачем-то мужчина все продолжал эти «беседы между делом», обращаясь к Создателю напрямую, без молитв.
Хм, надо же, а тех, кого ты ниспослал на вечные муки готовы откликнуться, даже если их и не звали… Ну нет, это дьявольские происки, нельзя давать этим домыслам даже самой малой почвы для роста.
-Никогда не сомневайся в воле Его, ибо неисповедимы пути Господни и неведомы они смертным, что по грешной земле ступают. – Наставительно прошептал капеллан сам себе, крепко сжав ладони в кулаках. И тут заступник веры словно очнулся. Нет, к бессонным ночам был он привычен, а потому пробудился не от усталости, а от забвения собственных рассуждений, вспомнив о более приземленных вещах. Резко сняв правую перчатку, мужчина указательным пальцем левой руки слегка надавил на ожог, который остался на ладони, после того как чернокрылый лишь силой своей воли испепелил хлыст. Боли не было. Нахмурив брови, Манн начал все с нарастающей силой давить на почерневшую кожу, словно мазохист, что находит удовольствие в собственных страданиях, но плоть усердно молчала. Утер годами истязал сам себя, очищая тело и дух, а боль была извечной спутницей этого действа, но сейчас она покинула его. Не то чтобы это беспокоило церковника, но уже точно  настораживало, отчего тот и просипел себе под нос:
-Да что же это… - Одновременно со словами, мужчина повернул кисть ладонью к земле, рассматривая рубец, что заприметил ещё ночью. Взгляд был всецело прикован к увечью, а несколько мгновений спустя, зрачки чуть ли не полностью заполонили собой глазное яблоко, в то время как сама ладонь затряслась, будто принадлежала немощному старцу, отчего инквизитор тут же схватил её левой рукой, так плотно сжав зубы, что от тех послышался душераздирающий скрежет. Тяжелое дыхание прорывалось сквозь сомкнутые уста, а биение сердца заглушило все звуки в округе, которую, кстати, от взора скрыли опустившиеся веки.
-Нет. Ты не мог. Не мог!. – Панически отрицал происходящее инквизитор, со злостью ударив кулаком о корень древа, рассекая костяшки на обожжённой руке, как вдруг послышался незнакомый голос:
-Чего не мог то, мил человек?
Капеллан резко раскрыл очи, попутно надевая перчатку да глядя на того, кто к нему обратился, очнувшись будто от внезапного кошмара. То была худенькая старушка, ростом едва ли доходившая до груди Манна. А в своих тоненьких ручках она держала внушительных размеров корзину, накрытую простым и плотным платком, из под которого пробивался запах свежей зелени.  Видимо она спозаранку уже успела собрать травы, да что уж там, будучи ребенком, ещё до того как Утера забрали из семьи в легион, он и сам отправлялся за различной растительностью как только солнце показывалось на горизонте.
-Магов не мог удержать остаться, что пришли деревню от напастей спасать. – Нашелся что ответить служитель церкви, слегка замявшись от внезапности и вставая в полный рост, при этом постепенно возвращаясь все больше к реальности да стараясь как можно дальше убрать все свои домыслы и внезапные откровения.
-А-а-а, слыхала я, пришли, хорохорились, да хвосты поджали и сбежали друг за дружкой, - завозмущалась бабка  и даже демонстративно сплюнула наземь, выражая свое отношение к колдунам, - тож мне помощнички – языком треплют, а после токмо пятки и видишь их.
-Не суди, да не судим будешь. – С поучительной ноткой в голосе сделал замечание капеллан, хотя, отчасти и разделял взгляды пожилой жительницы Хорнкерста, но особого вида и не подал по этому поводу. Да и растерянность его от внезапной смены обстановки уже улетучилась отчасти.
-Ой, да ты мне тут проповеди ещё почитай, инквизитор, - затараторила старушка, слегка закатив глаза, - вот с мое поживешь и будешь уму разуму учить. Лучше б бабушке помог, а то расселся тут да отдыхает сидит. – Бабулька мотнула  своей корзиной в сторону собеседника, и тот её вмиг подхватил, действуя машинально. Вела себя пожилая особа не то чтобы нагло, но очень уверенно уж точно, отчего с капелланом случился маленький диссонанс, так как только минуту  назад он был словно в другом мире, а тут такие заявления.
-И то верно. -  Неожиданно согласился Утер, поудобнее перехватывая ручку, да следуя за незнакомкой, которая вполне резво для своего почтенного возраста зашагала куда-то вперед. Спорить с ней не стал Манн, наоборот, он был рад возможности отвлечься от дурных мыслей, которые постепенно оставались где-то там вдалеке, хотя на самом деле беды никуда и не подевалась.
-На ту сторону нам надо, - махнула небрежно рукой травница, - там моя хата, пообветшала она, да, так ни сын, ни внуки не приедут не подлатают! Но с божьей помощью стоит. Ты сам случаем не плотник, а, милок?
На такое обращение инквизитор ответил легкой усмешкой - милком его уже долгие годы никто не называл, но вот бойкой старушке в сыновья он годился, так что по этому поводу заморачиваться не стал и вполне добродушно ответил:
-Моё ремесло – служение господу, мечом и молитвой.
-Тха, молитва, сколько у церкви не каялись да милосердия господня не просили, так все как о стенку горох – ведьма после кончины своей как изводила, так и изводит, чтоб ей пусто было, зараза эдакая. У меня аж куры нестись стали через раз! А ведь наседки знатные! Тьфу ты. - Неизвестная оказалась очень прыткой и «звонкой», при первом взгляде на неё и не скажешь так, уж слишком в глаза бросается её старость и хилость, однако, жизнь в ней била ключом, церковник даже не удивился бы, если та сейчас взяла бы обратно корзину и начала  её задорно подкидывать в воздух да тут же ловить. Но старушка лишь активно шагала вперед, да так быстро, что мужчине только и оставалось умудряться поспевать за ней.
-Господь посылает нам столько испытаний, сколько мы способны выдержать. Не больше и не меньше. – Чуть ли не на бегу проповедовал импровизированный носильщик.
-Да на мой век испытаний этих столько перепало, что уж со счету сбилась, а тут на старости лет даже спокойно помереть не дают проклятья всякие. – Более сухо, но всё с той же энергичностью молвила бабка, подойдя к покосившейся калитке, возле которой и встала – видимо ко двору своему подоспела.
-Любое проклятие можно снять. – На выдохе ответил капеллан, остановившись подле собирательницы трав.
-И кто его снимет? Ты шоль? Солнце взошло, а он под деревом сиднем сидит, ну хоть бухать не стал как молодые ваши, и на том спасибо. – Неустанно сетовала травница, активно жестикулируя и говоря без тени смущения – сразу видно, что человек она простой, но Манн всё равно намеревался поставить её на место, однако, был прерван:
-Да чёй та я, баба дурная! Травы помог бабушке донести, хоть и капля в море, да уже хорошее дело сделал какое-никакое. Сама я дальше управлюсь, - подытожила женщина в преклонном возрасте и забрала корзину из рук Утера, - а ты, инквизитор, нос не вешай, а поди да дело свое инквизиторошное сделай, а я тебя, коль смогешь помочь нам, супом накормлю, яишным, по рецепту прабабки моей!
Служитель церкви был в легком недоумении от этой словесной тирады, но пришел к выводу, что права ведь бабка – долг превыше всего, и неважно какие напасти тебя ждут за углом. Верь в свет и неси его в каждый дом. Незнакомка ещё что-то говорила, но большую часть мужчина пропустил мимо ушей, расслышав в конце только: « ну бывай, милок».
-Да хранит вас создатель. - Попрощался капеллан, на что ответом ему был взмах руки, мол ступай себе уже. И церковник пошел. Пошел твердым и уверенным шагом прямиком на заброшенный хутор. Переживания были оставлены позади, не было им сейчас места в душе заступника веры, хотя они так и рвались в неё, стремясь затуманить разум, но твердая воля стала для них непреодолимой преградой. Остался лишь холодный расчет.
Был ли падший посредником Тоторуса? Врядли, хотя кто знает какие в бездне чудеса творятся да порядки,  но рога обламывать бесенку не придется – наводку ведь получил, осталось лишь нащупать след и завершить начатое. И обретут крестьяне вожделенный покой, а я же после… Так, нет! Не время думать о своих бедах! Хутор! Не для того я жизнь положил во имя высшего блага, чтобы о судьбе своей сокрушаться!


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Флинн
Путник
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Сб 24 Мар 2018, 09:00

avatar

Репутация : 35
Награды :

Анкета : Диргравеск
Игровые очки : 10
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: монстр
Ремесло: следопыт и лекарь
Звание:

Посмотреть профиль

Вскоре странный рогатый бродяга пошёл на поправку и, едва встав на ноги, оставил следопыта вновь наедине с также окрепшей Норшу. Сипуха ела уже с куда большей охотой, правда, летать по-прежнему не могла и использовала хозяина в качестве средства передвижения. Охотник беспокоился о том, как бы та не стала калекой навсегда, но крыло заживало вполне добротно, и стоило сказать огромное спасибо зельям Мэвис... 

В назначенный срок Флинн был у Хорнкерста и ожидал зелейщицу. Глядел он то в лес, откуда и пришёл и чей запах принёс на своём потрёпанном плаще, то на полу-спящую сову на плече, то себе под ноги, и почти никогда, словно стыдясь чего-то, не глядел туда, где шум человеческой речи был громче человеческого же шага. Однако скоро любопытство пересилило робость, и следопыт стал бросать несмелые взгляды в сторону небольшой толпы лесорубов из трёх человек, трёх невысоких, но достаточно крепких вудманов по виду от пятнадцати до двадцати трёх лет, что сразу показалось странным - всех трёх охотник знал по именам с самого их детства, это были братья, и ходили они на работу обыкновенно вчетвером. Возможно, Флинн не отличался общительностью, но стезя следопыта обязывала быть наблюдательным и чутким ко всяким изменениям в окружении. И сейчас, кажется, трое были обеспокоены (судить точно Флинн не брался, мало он разбирался в человеческих чувствах). Скоро один из братьев, Майкл, что был самым младшим, заметил охотника и кивнул на него, подавая знак остальным. Остальные двое переглянулись и неспешно, беспокойно оглядевшись по стороным, зашагали в сторону Флинна. Следопыт подавил в себе привычное желание сбежать, перемявшись с одной ноги на другую.
- Эй, Молчун, а ты чего тут забыл?
- Хм? - охотник озадаченно обернулся на окрик, пытаясь сообразить, что он должен забывать тут и почему люди так любят это выражение неуверенности в памяти своего собеседника. 
- Жду женщину и девочку, которых здесь встретить обещал.
Майкл осмотрелся на двух своих братьев, а затем осторожно заговорил, - мы... подумали тебя вопрошать кой-о-чём. 
Двое других смотрели по сторонам. Кажется, им не нравилась вся эта ситуация.
- Двэйн... он пропал, и два дня уже ни слуху, ни духу...
- Отец будет зол, если узнает, кого ты решил просить о помощи. - Средний брат, что-то жуя, прищёлкнул суставами на пальцах, заставив Флинна едва ли заметно вздрогнуть. История со старым Олдфиром до сих пор не давала ни ему, ни его родственникам покоя, и самое скверное, что могло случиться сейчас, так это её "воскрешение".
- Отец... да он будет не меньше зол, если узнает о смерти своего старшего сына!
- О чём вы? - Растерянно спросил Молчун, но затем добавил, - я думал, что он мне верил... или же верил хотя бы своей супруге.
Один из братьев, кудрявый Уилл, скабрезно хмыкнул, - да уж... ты и верно столь наивен, сколь о тебе твердят, Молчун. Мой отец никогда бы не поверил странному лиловоглазому отшельнику, что, якобы из бескорыстия решил спасти его красивую жену...
- Хватит! - Рявкнул Майкл, - я не хочу больше ничего слышать! Кто-нибудь из вас видит ещё тех, кто знает Ундервуд, как свои десять пальцев и при этом готов помогать, то я заткнусь!
Над четвёркой повисло недолгое молчание, во время которого следопыт неволей взглянул на свои руки, на которых после схватки с волками осталось только девять пальцев. 
- Да, и кто бескорыстен, что сам Исайя, и сразу бросится спасать обездоленных... - Уилл улыбнулся, и охотник нахмурился, не сразу увидев в словах его яд, который и отравил его, подарив неприятный укол совести, будто сам он совершил что-то неподобающее, а что именно - неясно.
- За что зол ваш отец, мне и верно не известно, - сознался Флинн, пожав плечом, свободным от сипухи, которая продолжала дремать, - сейчас я ищу женщину и девочку с нею.
- А что за бабёнка-то? Авось выдывали, - несколько смягчился Уилл.
- На вид трёх десятков, невысокая, плотная, волосы светлые. Горожанка она.
- Горожанка? Не, таких не видывали... а девчонка?
- Линн, - коротко ответил следопыт, хорошо зная, что девочка частенько сбегала от жестокой матери в Хорнкерст.
- Линн? Гутарят, мол, осиротела та совсем.
Вместо ответа Флинн только кивнул, и Майкл ещё сильнее нахмурился, - нет... не было, ты уж извини.
Охотник чуть опустил голову.
- Ты это... поищи Двэйна. Отец, может, и сквернава тот ещё, но он всё ж отец.
Флинн вздохнул, незаметно подтянув щупальца ближе к подбородку, - помогу, чем сумею. Где видали его в последний раз?
- Так знамо где... где все остальные проподають - на тропе в Бризенгер.
Следопыта как алмазным кинжалом в грудь пронзило. Кровь прилила к ушам и к голове, заражая жгучей тревогой пока ещё не до конца проснувшийся ум. 
- Как?
- Как-как... так! - Уилл осмотрелся по сторонам в очередной раз, а затем кивнул среднему брату, доселе самому молчаливому, - пойдём. Уверен, мой младший братишка расскажет всё более, чем в красках. И Молчун... ты уж не обижайся, я, как знаешь, человек прямой.
- Прямее только член у ослицы, - заговорил средний брат и зашагал в сторону поля, поигрывая топором.
- Лучше бы молчал, - буркнул Уилл, отвесив брату подзатыльник, от которого он легко увернулся. Через несколько секунд остался только Майкл.
- Двэйн... он пропал дня три назад. До этого приходил, гутарил, мол, нашёл целую рощу чёрного тополя, а на следующее утро раньше всех встал. А ведь его хрен разбудишь! Более его никто и не видел.
- Чёрных тополей? - охотник задумался. Он знал несколько таких рощ, но находились они совсем не в близости от Хорнкерста, сказать стоило больше - они были ни близ Бризенгера, ни близ Гнилой Ладьи, ни близ иной деревни между ними... все рощи с этими деревьями находились на территории Шербонского баронства. Точнее сказать, того, что осталось от него. По спине прошёлся мороз.
- Ты знаешь, где это? - с надеждой спросил юноша.
Флинн в первый раз за разговор посмотрел в лицо человека, но затем отвернулся, не решившись говорить о Шербоне, - да. Знаю.
Следопыт некоторое время молчал, пытаясь переварить ситуацию. По крайней мере, стало ясно, где искать неизвестного хищника, но по-прежнему оставалось слишком много вопросов. 
В знак прощания охотник сдержанно кивнул и пошёл прочь, ещё более встревоженный, чем пару дней назад, когда пытался найти записи погибшего шамана, обыскивая все возможные заброшенные избы на болоте... но все дороги, кажется, упорно вели лишь в сторону старого проклятия - земель покойной колдуньи по имени Викстрия де Раувис.



Вернуться к началу Перейти вниз

Флинн
Путник
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Ср 04 Апр 2018, 15:28

avatar

Репутация : 35
Награды :

Анкета : Диргравеск
Игровые очки : 10
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: монстр
Ремесло: следопыт и лекарь
Звание:

Посмотреть профиль

С тяжёлым сердцем монстр направился прочь из Хорнкерста, на всякий случай поглядывая в сторону места, куда должны были придти Мэвис и Линн. 
- Флинн! - юный голос просвистел мимо, и охотник приостановился. Обернувшись, он увидел уже знакомого пятнадцатилетнего Олдфира - в руке он что-то сжимал. 
- Это... если вдруг поможет, - мальчишка протянул кусочек чёрной с рубиновым отливом коры. 
- Двэйн... он принёс это в качестве доказательства, - юноша отдал кору следопыту, а сам уже начал пятиться назад, пока Флинн внимательно осматривал находку, прокручивая её в оставшихся четырёх пальцах, а затем, не поднимая взгляда, спросил вслед уходящему Майклу, - он был в той роще лишь раз?
- Не знаю... но он хорошо знает дорогу. - Мальчишка пожал плечами и спешно пошёл прочь, будто куда-то спеша.
Охотник ещё некоторое время рассматривал кору, а затем подал её своей сове, уже на практике убедившись к её способностях ищейки, - просыпайся, - птица встрепенулась и с недовольством приопустила морду, издав какой-то сиплый стрекочущий звук, похожий на смесь квака и дроби дятла. Не останавливаясь он преподнёс кору к питомице, но та не сразу обратила на это внимание, только спустя несколько минут принюхавшись к щепке - когда уже Хорнкерст оставался позади. 
В ответ на это Норшу некоторое время не шевелясь сидела и смотрела в профиль своего хозяина. Охотник почувствовал неладное вовремя, и уже прикрыл висок рукой, когда в эту же руку прилетело несколько болезных ударов клювом. Птица вспорхнула и зашипела, встав перед Флинном и преграждая ему путь, растопырив крылья будто плащ. И следопыт слегка опешил, замерев на месте. Только спустя пару секунд он нашёлся со словами, - прости, Норшу, но мы и верно должны вернуться.
Сипуха зашипела сильнее, щуря глаза, но с дороги не уходила, несмотря на то, что не так давно раненное крыло, словно нетвёрдо закреплённый парус.
- Не могу повернуть назад, - охотник пожал плечом. В ответ птица сложила крылья и... отошла чуть влево, освобождая дорогу. Она перестала шипеть и, кажется, обрела прежнее по-животному глупое выражение белой, похожей на призрачную маску, морды. Охотник сделал шаг вперёд, уже по привычке поднимая руку - обычно на этот жест Норшу возвращалась. Но сейчас она продолжала сидеть на земле.
- Норшу?..
Долго времени упрашивать питомицу времени не было, и следопыт, решив, что, возможно, ей вновь требуется не по-животному побыть одной, двинулся своей дорогой, чувствуя однако, что делает нечто в корне неверное. 
Он остановился, уже будучи в пяти метрах от совы, не оборачиваясь спросил уже с привычной холодностью, - ты со мной?..
И услышал хлопот крыльев. Обернувшись полностью, охотник увидел только пару бледных стрел её перьев, приземляющихся на лохмы прошлогодней травы. 
Стоило надеяться, что она скоро вернётся. Но она не вернулась. Шёл день, второй, третий. Дорогу охотник был вынужден делить с пока ещё холодным и юным весенне-зимним ветром...

Переход в Ундервудский лес



Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Ср 09 Май 2018, 01:09

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Весеннее солнце уже вовсю ознаменовало утро, грея в своих теплых лучах макушку инквизитора, что решительно направлялся к хутору, старательно откладывая недавнее открытие куда подальше в закрома разума, так как привык он беспокоится о себе в последнюю очередь, а на первое место ставить нуждающихся, которыми сейчас и являлись жители Хорнкерста, ведь падший минувшей ночью своими ответами если и не дал явного направления, то уж точно указал на то, что не всё в деревне гладко.
Если сопоставить все факты, то получится, что кто-то или что-то мстит за смерть ведьмы. Выродок колдуньи, что любил её как мать? Ведь причиною стала любовь… А если колдунья любила этих людей, а те её сожгли и злобный дух теперь мстит? Нет, слишком туманно, слишком много объяснений.
Но где же скрывается правда? Может в окружении она незримо витает?
Простой люд уже давно виднелся как и в своих дворах, так и сновал по деревенским тропам пребывая в своем быте, за тем исключением, что нынешним поводом для сплетен служила не столь чертовщина в округе, сколь прибытие аж двух колдунов да защитника веры. Перешёптывания с любопытными взглядами на пути капеллана сливались с остальным окружением  - пением птиц, ором деревенской животины, скрипом деревянных колес да прочими прелестями крестьянской жизни. Однако, пробираясь все дальше к цели и картина становилась менее насыщенной, ладно люди – заложники собственных фантазий с вымыслами, но вот скот предпочитал пастись в стороне, хотя их запросто могли выдрессировать чтобы не шлялись где попало, но вот те же воробьи уже не сновали задорно с ветки на ветку. А ещё через другую сотню шагов в воздухе и вовсе повисла тишина, нарушаемая лишь еле слышным шелестом листвы, гонимой ласковым ветром, под аккомпанемент тяжелых шагов Утера, пред взором которого предстали несколько покосившихся домов. Полуразрушенные строения, местами обгорелые, угрюмо взирали на незваного гостя, словно немые свидетели событий, происходивших на некогда процветающем хуторе. А вот земля тут  была черна как безлунная ночь, словно чтобы убедиться в этом, муж встал на одно колено, проводя по ней согнутыми пальцами и подчерпывая немного в саму ладонь, кою и поднес к носу, жадно вбирая ноздрями воздух. Ничего необычного на первый взгляд, а он, как правило, самый верный, да уж и кому не разбираться в почве как не сыну фермера? Но с тех времен минули уже многие годы, но это и не было важно, ведь единственная истинная семья любого инквизитора – это орден, церковь и Господь.
Горсть земли была отброшена в сторону, оставив на пальцах едва уловимый масленный след, а сам же капеллан согнул второе колено, поудобнее устраиваясь на месте да снимая с пояса молитвенник – проводник веры Божьей, что несет спасение нуждающимся, а неблагочестивым горе. Для большинства обывателей молитва является способом выражения своей веры: просьба  о благе, прощение  о деяниях наших, благодарность за ещё один прожитый день. Но не для тех, кто посвятил себя и свою душу служению Господу, для этого народа молитва приобретает совершенно иной характер – она способна творить самые настоящие чудеса, которые многие даже порой путают с магией, но это не колдовство и не фокус, а ответ всевышнего, который дарует силы проводникам его воли. По крайне мере так считает большинство церковников, да и такое толкование действительно имеет место быть, но истинная суть вещей порой может быть скрыта, собственно именно этой проблемой уже с час и занимался Манн, пытаясь благим словом отыскать следы ритуалов иль магии на этом хуторе – результат вот только оказался нулевой. Умолкнув, мужчина испустил из груди глубокий вздох, прикрывая чуть опухшие веки и оставив сухие губы слегка приоткрытыми. Всё также стоя на коленях, он, словно один из обветшалых домов, полностью замер, не смея даже моргнуть. Мысли с размышлениями ветер забрал с собой в далекие неизведанные  земли, а может даже и в царство небесное, покуда тело смиренно сливалось с окружением, становясь частью руин. Воистину, если  кто и взглянул бы сейчас на эту мужскую фигуру, то едва признал бы в ней живого человека, но сердце билось, да с каждым ударом всё сильнее, набирая обороты словно бешеный зверь, несущийся на свою жертву, в следующий момент оно оглушило своего хозяина, который с громким кашлем выплеснул из своих уст солидную порцию крови, что крупными каплями растеклась на открытых страницах молитвенника. Содрогаясь каждой мышцей, тело навзничь увалилось на тёплую землю, постепенно возвращаясь в относительное спокойствие, покуда грудь вздымалась под напором серии вдохов и выдохов, что ещё щедро орошали мелкими бордовыми каплями  бороду с волосами и землю. Но вот в дыхании появился посторонний звук – то ли хрип, то ли свист, что через несколько мгновений перешёл в громкий заливистый смех.
- Так вот оно что? Ищущий да обретет?!  - Обратился громогласно в пустоту Утер, расплывшись в широкой улыбке и устремив добродушный взгляд к небесам. Хотя куда ещё смотреть, когда ты безвольно распластался на спине? Но как бы там ни было, а капеллан продолжал смеяться, словно счастье коснулось каждого уголка его израненной души. Постепенно успокаиваясь, но не сменив настроения, мужчина через минуту другую неспешно поднялся на ноги, старательно стряхивая с рукописи следы своей крови, после чего широко расправил плечи и бодро зашагал к домам с амбарами, чуть позвякивая пластинами инквизиторского доспеха. И всё же было отчасти обидно за такую глупую порчу столь значимой сердцу реликвии, ведь до сего момента она хоть и была потрепана, но оставалась по большей части в хорошем состоянии, а тут такой казус. Но переживания были скорее лишь легкой досадой, а потому не помешали пристальному взгляду внимательно изучать каждый камень и доску в поисках любой странности, но те как назло никак не хотели находиться. Да и в целом, не считая слухов наряду с нестандартным окрасом земли, сие место ничем не отличалось от любой другой заброшенной деревеньки, которых в военное время изрядно развелось под неумолимым натиском террора, а на прежнее место не у каждого хватит сил вернуться, особенно если надломлена воля ужасами жестокости и бесчеловечности.
К полудню с осмотром было покончено, но не с выводами, потому как их и не имелось пока, лишь горстка предположений, которой требовался прочный фундамент истины, но уж никак не слухи с домыслами. Следовало бы разобраться с ситуацией на месте, а маги пока пусть с людьми и общаются – глядишь и сложится картина в единое целое. На том и было решено, пора бы встретиться Манну со страхами местных обывателей, в конце концов за свою жизнь ему уже было поздно переживать, хоть и расставаться раньше времени с ней не хотелось бы. Да и был ли на самом деле повод для беспокойства?
Большая часть построек на хуторе была в плачевном состоянии, но вот хлев ближе к лесу оказался добротным, потому-то в него Утер и вернулся, вновь не удостоившись приветствия в виде яркой палитры запахов навоза вперемешку с кормом для скота, да и внутри акромя покосившихся стойл с небрежно раскинутым то тут, то там сеном ничего не было.
-Не первый месяц пустует, как и всё вокург. – Озвучил на пороге свои мысли церковник, пробираясь вглубь заброшенного здания, рассчитанного на шесть голов, явно намереваясь обосноваться в нём на некоторое время. Иной человек скажет вам, что в хлеву жить - самому скотиной стать, под стать заядлому пьянице, что в своем греху пал на самый низ, но будет ли он прав? У животных ведь нет пороков. Да и по долгу службы капеллану приходилось ночевать в куда более худших местах, особенно в самые мрачные из годов его жизни. Так что хлев оказался прекрасным пристанищем, особенно после бессонной ночи. Солома на крыше под напором солнца в зените начала источать еле слышный аромат, позволяя расслабиться и постепенно погрузиться в приятную полудрему, придающая приподнятым уголкам губ тень умиротворения, в то время как тело мужчины слегка обмякло, смиренно облокачиваясь на подгнившие доски стойла.


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Сб 12 Май 2018, 20:21

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Прихрамывая за хозяином сада, что кратко и просто представился Броком, капеллан прошел во внутренний двор, прикрыв за собой деревянную калитку. Внутри было действительно уютно, лучи солнца пробивались сквозь листву молодых деревьев, дарившие своей тенью прохладу этому месту, наполненному изобилием фруктовых ароматов, среди которых преобладали яблоки с грушами, но нотки алычи  с абрикосами чуткий нюх запросто распознал бы в этой чудесной симфонии запахов. Центр двора, в окружении хозяйского дома и пары добротных пристроек, был вымощен гладким речным камнем, по которому босыми ногами шустро пробежала маленькая девчушка с кожей столь белой, будто даже её щеки никогда не знали здорового розового румянца. Но та быстро скрылась за кухонной дверью, так что Утеру не довелось её рассмотреть в деталях, а потому малышка осталась для него лишь белым промелькнувшим пятном. Мужчины проследовали к незамысловатой беседке, где и расположились за столом на скамьях напротив друг друга.
-Уильям! Принеси нашему гостю сок! – Спокойно, но довольно громко распорядился садовод, обращаясь к кому-то с именем Уилл, переводя относительно прохладный взгляд на инквизитора, чей внешний вид оставлял желать лучшего: помятый доспех, грязь вперемешку с кровью и какой-то гнилью, спутанные волосы. Складывалось впечатление, что последняя неделя у ревнителя веры явно не задалась, только вот выражение его лица источало полную умиротворенность, словно за его плечами не было никаких забот, в то время как с его уст, после непродолжительной паузы сорвались слова благодарности:
-Я не знаю вас и вашу семью, Брок, но искренне благодарен за оказанное гостеприимство, но вы верно также не знаете кто я? Или же слышали о вашем покорном слуге? – Хоть сюрко и было запачкано и основательно потрёпано, но вот герб ордена святой инквизиции всё ещё можно было отчетливо разобрать, именно на нём и остановился взгляд собеседника.
-Да. Слышали. Новости расходятся быстро.
-Вот оно как, и вы знаете, что за поручение я исполняю?
-Да.
-Как интересно, - словно невзначай бросил Манн, поправляя кожаное крепление на поясе, вместе с этим нарочито выдерживая паузу, которую хозяин двора не пожелал нарушать первым, -  ну же, не томите, расскажите скорее, что вы слышали.
Чуть поджав нижнюю губу, которую судя по всему, мужчина слегка даже прикусил, он неторопливо положил обе руки на деревянный стол, переплетя пальцы в замок достаточно крепкий, чтобы начали белеть костяшки пальцев:
-Я слышал… Что вам поручено избавить нас от проклятия, которое висит над нами.
-Признаться, и я бы не сказал лучше. Кратко и содержательно. – Одобрительно приподнял брови инквизитор, еле заметно наклонив голову на левый бок, наблюдая за тем, как его собеседник словно в апатии смотрит куда-то насквозь, но не на церковника.
-Спасибо. Но я не понимаю цели вашего визита, конечно же, это честь принимать у себя служителя ордена инквизиции, но мне вам нечего рассказать. Я наслышан обо всём не больше, чем кто другой из деревенских.
- Не сомневаюсь, мне довелось пообщаться и с вашим старостой, и с настоятелем, да и просто с крестьянами, вестей у вас тут немного, - утвердительно кивнул раненный, - однако, как и в любом деле, порой лучше с кем-нибудь побеседовать с глазу на глаз. У меня всего пара вопросов, чтобы убедиться в том, что слухи лишь слухи. – Махнул головой Утер, словно отмахиваясь от пустых сплетен, которые что в городах, что в деревнях вечно витают вокруг похуже надоедливых мух в мясной лавке.
-Вы говорите слухи? – В сухом голосе, что так рьяно контрастировал с окружающей сочной листвой на мгновение промелькнула нотка изумления в паре с облегчением, отчего у фермера даже слегка дернулась скула, но было это также мимолетно, как и запах цветущей сирени, что запросто растворялся в купаже ароматов местного сада, - То есть никакой угрозы нет? Но вы ведь…
-А вы довольно любопытны. Но да, акромя сплетен и, - капеллан опустил иронично взгляд на своё грязное изорванное сюрко, -  диких зверей в округе всё спокойно.
-Отрадно это слышать, господин инквизитор. – Уголки губ Брока даже было дернулись вверх, словно хотели превратиться в улыбку, однако в тот же миг вернулись на место, вернув невозмутимый вид, демонстрирующий усталость с долей непредвзятости, что больше походила на безразличие.
-Мне тоже радостно сделать такое предположение, но всё же к вопросам, вы же не против, Брок?
-Да. Как скажете.
-Ита-аак, - чуть протянул слуга господень, будто пытаясь поймать утерянную нить разговора, но, словно не найдя ничего лучше, просто поинтересовался, - я видел у вас тут девчушку во дворе лет восьми или может десяти, ваша дочь?
-Да. Верно.
-Милая девочка, - кивнул, соглашаясь со своими же словами, не смотря на то, что пред его взором она так и осталась лишь блеклым пятном, - хоть и бледная, а ещё дети у вас  с супругой есть? Или может другие родственники?
-Она слаба здоровьем. Кроме неё у меня только сын, старший. Жену забрала болезнь. – С этими словами на маске апатии проступила еле видная печаль утраты, которая тут же была убрана туда же, откуда и взялась, ну неужто пристало вдовцу скрывать свою тоску по возлюбленной?
-Сожалею о вашей утрате, а сыну сколько лет? И как давно почила супруга? – Как можно более учтиво поинтересовался собеседник, даже чутко склонившись к отцу-одиночке, выражая свою скорбь, но не забывая и о русле диалога.
-Она умерла уже как с пять зим, а сыну, - садовод кивнул на юношу, что как раз принёс в деревянной чаше сладкий нектар и теперь, стоя с ней в руках, вслушивался в разговор, слегка отстранясь, блуждая лишь одними глазами по весенним красотам, но не смея пошевелиться, - ему будет семнадцать в этом году.
Молодой человек же в свою очередь кивком головы словно подтвердил слова отца, вместе с этим ставя перед гостем чашу с грушевым соком, на что капеллан улыбкой изобразил признательность, принявшись по чуть-чуть проворачивать кончиками огрубевших пальцев тару вокруг своей оси, вглядываясь в её содержимое. Троица сохраняла тишину, словно все дружно договорились насладиться дивной погодой. Так и не испробовав угощения, а лишь продолжая вертеть его под ладонью, инквизитор поднял взгляд к хозяину дома:
-Вы веруете в Бога, Брок?
-Да.
-А ты, мальчик? – Переадресовал свой вопрос капеллан к юноше, что продолжал греть свои уши подле взрослых, якобы не участвуя в разговоре. Но стоило Уиллу услышать как к нему обратились, как он тут же оживился, да ещё и посмев оскалиться, словно дворовая шавка, которой наступили на хвост.
-Я уже не мальчик!
-Не дерзи капеллану, Уильям. – Незамедлительно остудил юный пыл отец парнишки, при этом абсолютно хладнокровно, не повышая голоса и даже не удостоив отпрыска взглядом. Старший из детей поутих, послушав родителя, но обида с негодованием всё также таились на его лике, что не помешало ему из себя выдавить пары слов:
-Прости, отец.
-Господь всё прощает тем, кто раскаивается. Так ответишь, Уильям? – Вклинился со снисходительным тоном обратно в разговор Утер, переводя большую часть своего внимания на паренька в холщевой рубахе с просторными штанами, да настолько просторными, что если бы не веревка подвязывающая их, то те явно давно упали бы наземь.
-Я… Верующий. – С некой неохотой в голосе все же произнес малец, глядя куда-то вглубь деревянной столешницы.
-Но я задал другой вопрос, - подметил церковник, продолжая терроризировать мальчонку пристальным взглядом, - впрочем, я вижу, что ты славный малый. Кстати, видел ваш забор недавно покосился - земля под ним свежая, что-то случилось на днях?
-Я не знаю, инквизитор. Всё свое время я уделяю саду и детям, нет времени  за каждой доской следить.
-А ты, Уилл? Ничего необычного не заметил?
-Нет.
-Небось опять мальчишки за фруктами лезли, вечно пытаются полакомиться задарма. – Выдвинул предположение Брок, несколько изменившись в лице, будто бы общался сейчас не со служителем господнем, а со старым приятелем, живущему в соседнем дворе, которому можно пожаловаться на мелочи будничной, но от этого не менее тяжелой крестьянской жизни.
-Детвора в своих шалостях невинна, не так ли?
-Да, верно говорите, инквизитор. – Добродушно поддержал слова собеседника Брок, расцепив замок из пальцев да чуть разведя ладони в стороны, мол: «ну что тут можно поделать с этой ребятней».
-Смотрю у вас руки ободраны, а у тебя Уилл даже ожоги? – Поделился Манн ещё одним своим наблюдением, рукой накрыв чашу с соком, который всё ещё чуть плескался в ней после очередной встряски. Тон мужчины изменился, став более суровым и требовательным, отрезая на нет, столь внезапно проявленную мягкосердечность со стороны садовода, чей внешний вид вернулся в прежнее русло, а в разуме вновь всполохнуло осознание того, что это вовсе не светская беседа.
-Это всё из-за работ в саду. Приходится вечно обламывать ветки с гусеницами, а сын старается сделать отраву, чтобы не жрали почем зря паразиты, будто без них нам сорванцов местных не хватает. – В какой то момент, Брок чуть было не осекся, но всё же не позволил молчанию ворваться в его речь, однако пальцы он сжал в кулаки, плотно сцепив меж собой свои губы, отчего они превратились в тонкую полоску на загорелом лице.
-Как интересно, и что же за яд ты им готовишь, а,  Уилл? – Заинтересовался ревнитель веры, даже повернувшись к мальчишке, отчего пластины поврежденного доспеха плотно перетерлись между собой, ударив по слуху металлическим скрежетом, пробирающим аж до костей, парочка из которых, к слову, у капеллана были сломаны.


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Сб 12 Май 2018, 22:43

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Солнце уже начинало вовсю припекать, говоря о скором наступлении лета, но троица, собравшаяся в одном из дворов деревни, была от него надежно защищена, словно изолированная от всего остального мира. Однако, хоть и стояла в округе прелестная пора, но вот только в беседке одного из местных фермеров никому до неё дела не было, уж больно они все были увлечены своим словесным поединком, разгоревшимся с первого взгляда на пустом месте.
Сглотнув невесть откуда подступивший к горлу ком, парнишка не сразу нашелся что ответить церковнику на вопрос об отраве. Топчась на месте, он вроде и не нервничал, но, кажется, лишнего сказать не желал, ровно как и солгать. В итоге, не потеряв самообладания, подал голос, глядя уже не в стол, а на инквизитора, как и его отец:
-Я нашёл. Записи. Вроде алхимические.
-Как интересно, и где же ты их нашел? – Всё с большей строгостью вопрошал капеллан, ритмично и нарочито медленно постукивая пальцами по чаше с угощением, которое так и не испробовал, не смотря на свой относительно изнеможденный вид. Ревнителю веры и вправду не помешала бы мягкая кровать да лекарь, который мог бы поправить здоровье. Только вот самого Утера его состояние сейчас беспокоило в последнюю очередь, впрочем, как и почти всегда. Плоть есть всего лишь плоть.
-В корчме, когда фрукты трактирщику относил. – Пожал юнец плечами, словно изначально хотел сказать «да не помню я», но передумал в последний момент.
-И добился успехов? С этими записями.
-Нет, ничего путного пока, но как это относится к… - хотел было вмешаться уже в откровенный допрос отец мальчика, но был беспардонно перебит церковником, что с каждым словом всё больше походил на защитника закона божьего, чем просто на любителя поболтать, который забрел сюда от безделья иль собрать свежие сплетни.
-К чему? Я же говорю, все местные слухи лишь пустая молва, просто хочется посмотреть на честных фермеров, ведь и я сам вырос в окружении крестьянских забот.
-Ясно. – Осекся Брок, старательно пытаясь не смотреть на сына, который был под пристальным вниманием Манна, чьи брови дугой склонились к недавно перебитой переносице. Уилл стойко выдерживал тяготы нависшего молчания, во время которого у каждого из этой троицы в голове вертелись свои мысли, озвучивать кои никто не хотел и не намеревался. Но всё же как кому поступить дальше? Подросток вот для себя решил, что нечего ему более нести на своих плечах груз этого разговора и задерживаться в собравшейся компании:
-Я пойду?
-Да, конечно. А не покажешь свои работы? – Всё же постарался придать интонации голоса некую мягкость церковник, но вот только всем своим видом говорил о том, что отказа не примет, хоть и добавил, будто бы оправдание, - я с отцом в свое время тоже выводил гусениц, но, правда, без алхимии.
-Не стоит, там не на что смотреть, да и раз вы не алхимик, может расскажете мне, как боролись с этой напастью? – Вновь подал голос Брок, пока его сын уже потихоньку отворачивался, явно намереваясь уйти, но не слишком резво, словно собственные мышцы его плохо слушались по неизвестно какой причине, отчего движения были слегка дергаными. А вот глава семьи напротив, словно заправский трактирщик пытался угодить гостю да отвлечь его от забот, радушно натянув улыбку.
-А Уилл алхимик деревенский разве? – То ли всерьез, то ли в шутку поинтересовался капеллан, при этом, не дожидаясь ответа, продолжил, будто слова этих людей, а точнее то, что они ему скажут, не особо волнует его, - я бы взглянул на эти рукописи, кто знает,  что в них может быть. Да, кстати, а где ты грамоте обучился, мальчик?
-Так настоятель…
- Мама знала как читать…
Практически одновременно ринулись отвечать отец с сыном, сами того не желая создав ещё большую путаницу, да такую, что Уильям даже не обратил внимания на то, как к нему обратились «мальчик», хотя в первый раз отреагировал он на подобное довольно бурно, а теперь и не заметил даже. Утер позволил себе ухмыльнуться, крепче сжав чашу с нектаром, переливающимся золотом от лучей солнца, которым удалось пробиться сквозь густую листву, служившей здесь второй крышей:
-Так настоятель или мама?
-Моя супруга, она ещё до помолвки нашей вела в Бризенгерской лавке учёт, а настоятель иногда ребятишкам нашим в свободный час возьмет да покажет какая закорючка чего означает… - Мигом принялся рассказывать обо всех нюансах местной системы просвещения Брок. Теперь он, видимо, не собирался отделываться краткими ответами как ранее, но инквизитор остановил его пылкую речь непринужденным взмахом ладони, которую убрал от тары.
-Как занимательно. А ты времени зря не теряешь, Уильям, всегда готов учиться, люди, у которых есть цель, преуспевают на любом поприще лучше остальных, не так ли? Вот у тебя есть цель?
-Да. – Голос паренька был уверенным, хоть сам он и замер в нерешительности, так и не покинув семейной беседки, как если бы невидимая рука схватила его за шею да не давала сделать лишнего шагу прочь отсюда.
-И какая же она, твоя цель?
-Избавиться от вредителей. – Уверенно, без тени сомнения произнес старший из детей фермера, постепенно расслабляясь, привыкая к общению в подобном тоне. Сам же он уже вполне безразлично смотрел на Утера, как и на множество других вещей, будь то какая птица или куст. Человек склонен привыкать ко всему будь то хорошее или плохое, так уж он устроен, и шестнадцатилетний парень не является исключением.
-Хочешь очистить родной дом ото зла? Это похвально, достойно славного юноши. Так покажешь свои старания? Может я смогу помочь? Это ведь мой святой долг – помогать тем, кто в этом нуждается. – Уилл без каких либо эмоций смотрел инквизитору прямо в глаза, пока тот не столько спрашивал, сколько озвучивал свои намерения, поддерживая непрерывный зрительный контакт, практически пытаясь заглянуть в самые потаенные уголки юной души.
-Право не стоит, мы итак отняли много вашего ценного времени, капеллан, наверняка другие люди нуждаются в вас гораздо больше, чем мы. – Постарался разорвать Брок эту странную связь между сыном и гостем. Они словно забыли о присутствии ещё одного человека в этой простой беседке без излишней роскоши, но построенной не на один десяток лет.
-Ну что вы, я настаиваю, не только большие, но и малые деяния нужны каждому, не так ли?
-Да, инквизитор, и всё же… - Никак не унимался родитель, поддававшийся чувству тревоги.
-И всё же, проводишь меня к своим трудам, Уилл? – В очередной раз перебил Брока Утер, который уже отставил угощение в сторону и встал из-за скамьи, опираясь мозолистыми руками на стол. Несмотря на явные травмы, мужчина двигался без как таковых затруднений, словно не обращал на увечья внимания. Со стороны это могло вызвать недоумение у того, кто не знал, что фанатик вот уже на протяжении многих лет занимается самоистязанием, терзая плоть во имя очищения и славы господней – боль была таким же его жизненным спутником, как и молитва.
-Да, инквизитор. – Юноша вальяжно повернулся к мужчинам спиной, собираясь проводить капеллана. Садовод же так и остался сидеть в смешанных чувствах за столом, взирая вслед удаляющимся в глубины сада, раскинувшегося за хозяйским домом, пока биение сердца гулким эхом раздавалось в его ушах.


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     


Последний раз редактировалось: Утер Манн (Вс 13 Май 2018, 04:27), всего редактировалось 1 раз(а)
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Вс 13 Май 2018, 01:07

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Под щебет птиц и стрекот цикад, юноша с капелланом углублялись во владения Брока. Парнишка ростом хоть и был почти с инквизитора, но на его фоне всё равно казался щуплым словно тростинка, даже с учётом того, что Манн выглядел далеко не лучшим образом. Шли они по утоптанной тропинке, обрамленной бордюром из мелких камней самой причудливой формы. Видимо эти были собраны с самого участка, а не старательно перетасканы от реки, как в случае с двором. Погнутые пластины инквизиторского доспеха своим скрежетом нарушали природную идиллию, пока их владелец шагал за своим гидом, практически нависая над спиною последнего, словно грозный надзиратель над каторжником. Но при этом от взгляда капеллана не ускользнула странная особенность в виде ряда деревьев, что затесались меж прочих, земля под которыми была подозрительно темна и даже с двух десятков метров было видно, что она сухая и такого окраса вовсе не от недавнего полива. Утер тотчас напрягся под гнётом собственных же рассуждений, невольно сжав рукоять церковного топора на поясе, продолжая ступать за Уиллом, который вскоре привел его на место.
-Вот, это здесь. – Указал юноша рукой на слегка покосившийся от времени сарайчик, местами поросший мхом. Но за исключением растительности на стенах и съехавшей на бок крыши, выглядела постройка непримечательно, как и большинство домов в этой деревне, не то что Айронхерт с его величественной архитектурой.
-Негоже гостю первому входить, проводишь меня? – Учтиво поинтересовался церковник, не предпринимая даже скромной попытки скрыть нотки недоверия в голосе или же убрать руку с древка секиры.  Старший же сын фермера на подобное и вовсе не обратил внимания, будто ему и дела не было до забот инквизиторских на отцовской земле:
-Конечно, капеллан. – Отворив сколоченную из тонюсеньких досок дверь, малец прошел внутрь, облокотившись на дверной косяк, пропуская тем самым уже в помещение Утера, которому указал на старый верстак. Осторожно шагая по сену, служитель господень удостоил своего спутника оценивающим взглядом, но тот просто со скучающим видом продолжал стоять. От палящего солнца внутри было довольно душно, у какой-нибудь юной баронессы даже от такого бы вскружилась голова, но не у нынешних посетителей сарая, которые были привыкши и не к таким прелестям жизни «черни». А на самом же верстаке обнаружились перемешанные меж с собой листы из довольно грубого и некачественного пергамента, который буквально кричал о своей дешевизне, но вот записи, которые были сделаны на них, уже говорили о вещах куда более страшных, чем низкое качество бумаги.
-Как занимательно. - Просипел Манн, краем глаза поглядывая на Уильяма, что вовсю смаковал меж зубов свою нижнюю губу, стараясь не обращать внимания на Утера и уставив свой взор вдаль, на улицу.
Часть листов, если их вообще можно таковыми назвать, была в крайне плачевном состоянии, но то, что можно было разобрать вселяло в инквизитора мрачные мысли, которые тем не менее многое расставляли по своим местам.
-Не могу прочитать, тут написано: «Мар…» нет, не могу разобрать. «Мар», «…тон». А вашу сожжённую три года назад ведьму звали случайно не Маргарет Арстон? Неужто её записи кто-то выкрал и беспечно потерял в корчме, спустя столько лет?
-А? Чего? – Фальшиво переспросил юноша, будто вырвался из плена своих беззаботных размышлений, опуская руки, кои до этого держал скрещенными на груди, - Записи? Так да, там написано как извести мошкару, я же говорил.
-ЭТО! НЕКРОМАНТИЯ! – Уже во всю глотку проорал капеллан, отбросив все маски и оскалившись в праведном гневе, вместе с этим бросая пергамент к ногам юнца.
-Нек чего?! -  Хотел было попятиться, оправдываясь, Уилл, но тут же уперся в стенку, на которую и облокачивался, пока его глаза панически ширились, в страхе взирая на воплощение ярости господни.
-ЭТО! – Хотел было вновь повторить свои слова церковник, но остановился, ступив в сторону юноши, так как до его слуха донесся гулкий звук, словно он наступил на ящик. Но опущенному на миг взгляду открылось лишь сено, так что мужчина ещё раз топнул, чтобы убедиться в наличии чего-то полого в полу, надежно прикрытого соломой. И вправду было похоже на тайник, а фермера сын, воспользовавшись секундным замешательством капеллана, тут же дал деру из сарая, чуть ли не кубарем вываливаясь из него.
-СТОЯТЬ! – Закричал вслед беглецу заступник веры, срываясь с места в погоню и оголяя оружие, перевернув попутно как верстак, так и старую тумбу с глиняными горшками, что тут же разбились, разливая с шипением некую тухлую жидкость, но Утер сейчас был словно дикая гончая, преследующая свою добычу, а потому просто бежал дальше, вслед за мелким паршивцем, ведь чистым совестью не пристало удирать от инквизиции. Поганец мелькал меж деревьев и, оглянувшись, убедился в наличии преследователя, на что взмахнул рукой и в ту же секунду под ногами мужчины со свистом взвились древесные корни, опутывая ступни – вот уж чего не ожидал Манн, а потому и не успел перескочить и мигом споткнулся, вспахивая коленями землю. Следовало догадаться, что парнишка не просто ритуалами балуется, а колдун, чувствовал ведь что-то неладное в нём! Резко дернув правую ногу, член ордена смог опереться на ступню и тут же занес  топор, но не для того, чтобы рубить древесину, а чтобы метнуть его как следует в беглеца. Впервые за последние дни ему улыбнулась удача и одноручная секира, рассекая воздух, врезалась аккурат в плечо Уильяма, с хрустом врезаясь в кости под кровавый всплеск, окрасивший крестьянские одеяния в багровые цвета. Юный заклинатель от болевого шока и неожиданного увечья оступился, теряя чувства и влетев лбом аккурат в ствол яблони, который и выбил юношу окончательно из сознания, заставив молодое тело рухнуть навзничь, словно тряпичная кукла.
-Щ-щенок. – Прорычал сквозь зубы  Утер, высвобождая из плена корней вторую ступню, заприметив нечто такое, что даже его, повидавшего множество ужасов, заставило невольно встрепенуться – зеленоватая пелена, словно кислота, жадно пожирала плоть на его левой руке, уже успев превратить в ничто металл доспеха вместе с тканью одежды. Мышцы в легкой дымке буквально испарялись на глазах под еле слышное шипение, которое ну никак нельзя было разобрать во время всей сложившейся суматохи. Кровь мгновенно прижигалась, а боль отсутствовала напрочь, и дело вовсе не в суровой закалке самоистязаний – конечность словно онемела. Перед глазами тут же пронеслась та злосчастная тумба с глиняными склянками, что полопались тотчас же от тонких стенок, стоило их небрежно задеть. Что же за омерзительный отвар в них хранился? Неужто шестнадцатилетний мальчишка смог сварганить нечто столь коварное и разрушительное? А тем временем плоть продолжала «сгорать», вот уже и кость начала виднеться, что собственно и вернуло ясность мыслей капеллану, который, вскочив на ноги, бросился как угорелый к ближайшей бочке с водой для полива сада. Навалившись на неё, церковник наклонил её, подставив под широкую струю воды изувеченную часть тела, в попытке избавиться от неведомой дряни. Земля вмиг почернела, но пелена сошла с огрызка, который ещё минут десять назад можно было называть полноценной рукой - сейчас же это было живое пособие по анатомии, которое чудом не успело стать культей, хоть и было в шаге от этого.
Утер попробовал пошевелить пальцами на левой руке, но та предательски не отозвалась, безвольно болтаясь и демонстрируя весь «внутренний мир» своему хозяину, который с неким утробным недовольством испустил горький вздох, направляясь к юношескому телу с торчащим из плеча топором.


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Вс 13 Май 2018, 03:54

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Если бы капеллан был драконом, то наверняка при каждом выдохе сейчас бы у него гневно вырывались из ноздрей смертоносные струи обжигающего пламени, однако тот был лишь человеком, так что всю гамму эмоций передавало исключительно выражение перекошенного лица. Левая рука всё также безвольно болталась, хоть теперь и была в относительной безопасности, если не считать огромных размеров чудную открытую рану, да такую, что иной целитель в задумчивости уселся бы перед ней, используя по полной возможность изучения конечности посредством вивисекции.
Подойдя к телу мальчишки, инквизитор незамедлительно поставил на его поясницу ногу и здоровой рукой схватился за торчащее древко топора, решив для себя как должно поступить далее. С голодным чавканьем, стальное лезвие  вырвалось из плена плоти, из-за чего из рассеченного мяса заструилась кровь, словно маленький ручей. Уилл был жив - оружие не задело ничего жизненно важного, но это вовсе не облегчало его участи, а наоборот, сулило новые испытания. Служитель господень переставил ногу с поясницы поверженного на кисть, беспардонно вминая её в землю до того момента, пока та не будет зафиксирована. Среди привычных звуков фруктового сада слышались спешные шаги, взволнованно переходящие в бег, но мужчина намеревался закончить с тем, что начал. Резким движением он опустил, аки молот на наковальню, вторую ногу, в обрамлении окованного металлом сапога, на ладонь мальчика, ломая тому с пронзительным хрустом кисть и пальцы, что тут же превратились в бесформенное месиво, едва ли лучшее, чем левая рука церковника. Звук был похож как если бы кто-то сломал саму обычную морковку, да и собственно сломать человеку любой из пальцев не сложнее, чем провернуть тоже самое с вышеупомянутым овощем. А вот и отец показался меж деревьев, на чьем лице застыла маска ужаса и паники, покуда тот бежал к своему чаду со всех ног.
-УИЛЛ! Мальчик мой! – Кричал в отчаянии Брок, но замедлил шаг, в итоге и вовсе в отчаянии упадя на колени метрах в десяти от инквизитора с сыном, так как Манн демонстративно приставил к шее молодого мага лезвие топора, готовое в любой момент оборвать ещё теплящуюся в хрупком теле жизнь. Слуга господень же, продолжая держать в своих руках участь ребенка, повторил процедуру  с ломанием кисти на второй руке мальчонки, прямо на глазах у родителя, что трясся в бессилии что-либо предпринять, словно осенний лист. Нет, религиозный фанатик вовсе не мстил за свои увечья, он всего лишь старался как мог лишить мелкого ублюдка возможности колдовать, ведь последний для заклинаний использовал жесты, а арматида под рукой не было у Утера, так что приходилось делать то, что должно. И он не колебался ни секунды, долг и вера в свое дело не оставляли места нерешительности, да и было ясно, что произойдет нечто подобное ещё с того момента, когда только на горизонте послышался запах фруктового сада. Слишком много мертвецов за плечами, чтобы сомневаться в исходе. Но в чьем исходе?
-З-зачем…Зачем вы этого делаете?! – В горьких слезах надрывал глотку фермер, взирая на обмякшее тело своего сына и инквизитора, что убрал топор и взял небрежно Уилла за воротник окровавленной рубахи.
- Еретик. Маг-отступник. – Уже без явных эмоций, но глубоко дыша ответил Утер, зная, что правду навряд ли примет этот бедолага, уж точно не сейчас. Однако долг есть долг, и церковник зашагал вперед, волоча подростка по земле, будто тот не и не человек вовсе, а мешок картошки.
-Этого…ЭТОГО НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! Он не мог! Он невиновен! – Сотрясался на мете Брок, начиная меняться в лице поддаваясь гневу, казалось ещё немного и он ринется в бессмысленную драку, на что слуга господень показал свою руку, точнее то, что от неё осталось, мол: «ещё как может». Судя по выражению лица  садовода, тот не видел ни войны, ни прочих ужасов мира, так  как позеленел лицом ещё сильнее, да и сам обмяк.
-Именем Господа, церкви и ордена Святой Инквизиции вы, Брок, и вся ваша семья находитесь под арестом.  Сопротивление и любая попытка покинуть деревню карается казнью на месте, до выяснения обстоятельств. – Сухо и обыденно произнёс капеллан, таща за собой тело отступника, что было особенно цинично с учётом его интонации и общей картины, но всё же добавил пару слов после официального приговора, звуча гораздо «добрее» и снисходительнее, - лучше подумайте о вашей дочери. Ей вы сейчас нужнее.
Почему же пёс инквизиции позволил смягчиться своему сердцу, не смотря на то, что отец тоже мог быть замешан во всей этой истории? Может причиной тому послужил тот факт, что не так давно Утеру довелось вырезать целую семью, от мала до велика? Или может у него у самого есть ребенок или даже дети? А может он за свою жизнь пролил слишком много крови, количество которой уже не оправдывает благие намерения? Или просто это была издевка? Кто знает. Есть ли вообще нужная причина? Но так или иначе, а церковник продолжил свой путь, оставляя горюющего отца за своей спиной, как и множество других людей, через судьбы и чувства которых ему пришлось просто перешагнуть, хотел он того или нет.
А между делом в округе шум поднялся изрядный, так что у калитки уже успело собраться несколько любопытных зевак, которые и увидели первыми причину суматохи. Зрелище вышло знатное, особенно для деревни, в которой больше молвы, чем дела. Да и наверняка уже по всему поселку пошли по устам последние новости, смешиваясь с добротной горстью небылиц и предположений.
- Семью к старосте. Вещей никаких не трогать и не брать. – Кратко распорядился калека, подтянув тело мальчишки, при этом обращаясь к крестьянам так, словно они были его подчинёнными. Не то чтобы обывателям пришлось подобное по вкусу, но вот выяснить самые свежие подробности, да своими глазами повидать место происшествия первыми - было соблазнительно в такой глуши. По этой причине как раз возмущаться и перечить прямо никто пока не стал, в то время как сам священнослужитель направился к центру поселения, оставляя на пыльной дороге след от бессознательной тушки еретика. Деревенские же, что встречались по пути, в ужасе шарахались в сторону, а иные обыватели же наоборот, с неподдельным интересом плелись следом, гадая о случившемся, однако не желая заводить разговора с Утером – кто знает чего у этого помешанного на уме? Но без отдельных выкриков не обошлось, нашлись и недовольные, мол как это так, нашего тихоню Уилла чуть не зарубил какой-то хрен, взявшийся не пойми откуда.
Как бы то ни было, а заступник веры продолжал свой путь, неся свой крест и нисколько не стыдясь этого. И не смотря на очевидные факты, ещё рано было ставить точку на этой истории, ведь впереди было ещё много работы. Что это за тайник был в сарае? Какие секреты он в себе хранит? Как на самом деле сын Брока получил эти записи?  Слишком много вопросов, которые требуют ответа. Но кто же этим займется? Капеллан и до этого был основательно потрёпан, а тут ещё и калекой стал в один миг. 
Стиснув зубы, мужчина продолжал идти. Шаг за шагом, в то время как мысли были где-то далеко отсюда, словно он пытался сбежать, найти тихое пристанище хотя бы в чертогах собственного разума, но продлилось это наваждение совсем недолго, ведь у него не было права скрываться от жестокой реальности.

Широко открыв глаза, капеллан ордена Святой Инквизиции в горячемм поту очнулся от полудремы, вставая на ноги и мигом заприметив, что уже чуть ли не ночь наступила. А пробудил его стук, точнее оглушающий грохот, схожий с раскатом грома, что раздавался от ворот хлева, ставшего ему сегодня укрытием. Доски с треском прогибались под натиском ударов кого-то или чего-то неизвестного. Утер же в ответ, отогнав остатки сна от себя, быстро и уверенно врылся ступнями в землю, обнажая топор и готовясь встретить очередное испытание, ниспосланное Господом – ночь на хуторе Хорнкерста обещала быть занимательной.
-Да снизойдет милость Господня на грешен дух мой, ведь я езмь Немезида, острие его копья…


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Вт 04 Сен 2018, 19:47

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

Глаза ещё не успели привыкнуть к темному окружению после сна, однако, капеллан частично  различал очертания обстановки хлева.  Двери скотного здания с треском вылетели вовнутрь помещения, пропуская в него тусклый лунный свет, что обрамлял силуэт волкоподобной твари, которая только вот была раза в полтора, а то и в два крупнее любого иного представителя семейства псовых. Неведомое чудище молниеносно ринулось на мужчину, вздымая под лапами сено, тем самым мгновенно сокращая дистанцию до своей добычи, которая уже встречала его взмахом секиры. За пару шагов до цели, причудливая тень напрыгнула на инквизитора, который умело вогнал лезвие куда-то вбок «зверя», что не помешало последнему закончить свой натиск и повалить церковника наземь, пробивая его спиной подгнившие доски хлева да вываливаясь из оного под дождь из обломков и щепок. Переплетенные в противостоянии тела кубарем вывалились на свежий воздух, и благодаря скудному освещению Манн уже смог бы рассмотреть нападающего, но единственное, что сейчас было пред его очами – это скалящаяся пасть, ловившая своими укусами воздух в попытках добраться до инквизиторской шеи. Мурашки подняли волосы на руках, но то было вовсе не проявление страха, а лишь реакция – нежить.
 
Запах разложения и сырости ударил в ноздри, в то время как сам Утер левой рукой пытался отодвинуть от себя клацающую морду, а правой же делал всё возможное, чтобы топором вспороть брюхо. Звериные когти вовсю рвали сюрко, вминая тело мужчины в землю, вместе этим продавливая доспех. Помимо скрежета о металл послышался новый звук – громкий хруст треснувших ребер, заставившие церковника зарычать, да так, что иной вервольф обзавидовался бы такому поистине дикому рёву.  Высвободив из плоти топор, капеллан уперся правым кулаком в землю, нанося коленом в стальном наголеннике удар за ударом по нависшей туше и в один момент перевернулся вместе с ней, оказавшись теперь сверху.
-ВЫРОДОК! – Вместе с выкриком на нечисть обрушился сжатый кулак в латной перчатке, выбивший из оскалившейся пасти пару клыков. Тварь барахталась, стараясь выбраться и хоть как-то перехватить инициативу. Но сдавать позиций Утер не собирался, гнев господень изливался на «волка» удар за ударом, превращая постепенно череп в бесформенную кашу, что уже начинала противно хлюпать под целый фейерверк из ошметков плоти и клочков шкуры. А сам же хищник уже перестал не то что сопротивляться, но и двигаться, однако это не останавливало церковника в его возмездии, так что смог остановиться он лишь несколько позже, наконец-то осознав, что тварь упокоилась.
 
Глубоко дыша, мужчина расслабил своё тело, наслаждаясь покоем, покуда в округе стояла тишина, разгоняемая лишь шелестом листвы под свежие потоки ночного ветра. Не смотря на треснувшие кости, самочувствие было в целом неплохим, а значит вроде как обошлось без внутренних кровотечений – хоть какая-то отрада. Но как бы то ни было, а в первую очередь требовалось окончательно разобраться с нападавшим – выяснить чего за отродье и не восстанет ли вдруг оно, нежить как никак, уж в этом инквизитор не сомневался.
Разведя небольшой костёр и дав ему разгореться, член ордена подтащил к нему безжизненную тушу, принявшись разглядывать её, попутно вскрывая брюхо топором – грубо, но и тонкости сейчас в исполнении никакой не требовалось.
Не волк, обычный дворовый пёс. Судя по степени разложения мертв с дюжину дней, однако масса тела была увеличена различными элементами из древесины – грубо, неумело, но со знанием дела. Больше похоже на результат трудов теоретика, и, насколько мог судить Манн благодаря своему детству в фермерской семье, в обработке нежити использовались фруктовые деревья, похоже на яблоню. В остальном ничего неожиданного. Что-ж, домыслы начали действительно подтверждаться.
Манипуляции с псом не заняли много времени, а потому, вскоре Утер уже поднялся на ноги, сняв с пояса бурдюк со святой водой, которой и окропил останки.
- И будет отныне спокоен твой дух в царстве Создателя, бедное создание. А еретик же, что нарушил твой покой – путь его лежит лишь в бездну, да отправит его на муки вечные моя длань, несущая волю Господа во имя высшего блага, аминь. – Молитвы об упокоении обычно звери не удостаиваются, если только они не были при службе, будь-то армейский волкодав, или же бравый конь, однако, в этом случае мужчина тем самым дал сам себе строгий наказ о том, что доведет дело до конца. Предав тело огню и очищающей молитве, остаток ночи он отдыхал, по утру отправившись обратно в Хорнкерст, где почуял такой яркий и манящий аромат спелых фруктов, исходившей из сада Брока, с которым вскоре и завёл знакомство непродолжительное…
 
 
 
Потрёпанный инквизитор продолжал идти в центр деревни, прямиком к старосте. Шаг был неторопливым, так что слухи скорее всего достигнут главу деревни быстрее, чем капеллан. Левая рука, зияющая огромной раной, безвольно болталась, оставаясь единой конечностью лишь по милости божьей. Правая же держала за ворот рубахи молодого парнишку без сознания, волоча того по земле. Мужчина грузно ступал по пыльной дороге, прекрасно видя и понимая реакцию деревенских – смятение и недоумение, непонимание и злоба. Одни из извечных спутников незнания, а ведь долг инквизиции спасать не только жизни, а в первую очередь души. И Утер заговорил, громко и ясно, собирая ещё больше растерянных зевак:
- Благословенны и неизведанны пути Господни, но на обочине троп его извилистых поджидает Дьявол и создания его! И жаждут они увести каждого из вас с пути благого, заведя в чащобы греха – будь вы стар иль млад, мужчина иль женщина. И нет участи страшнее, чем отродьям бездны отдать юную невинную душу на растерзанье. И долг наш – найти спасенье да даровать его близким. И будет очищена земля наша грешная от ереси, под каким бы обликом она не прятала свой омерзительный лик, ведь с нами Бог! И милость Его дарует свет сердцам нашим, освещающий наш тёмный век борьбы! – Под такую речь церковник продолжал идти в корчму, полагая, что там и будет местный глава. Разумеется, служитель ордена мог бы дать проповедь и получше, если бы знал больше нюансов. Признаков одержимости у Уилла не наблюдалось и не чувствовалось, а на полноценного некроманта, даже первой ступени, тот совсем не тянул, но причастность к тёмному искусству явно имел. Дело времени, обыск и допрос дадут свои плоды.
Картина, конечно, была знатная – облачённый в изорванное сюрко ордена святой инквизиции и мятый доспех, перепачканный капеллан больше походил на вернувшегося солдата с войны, чем на рядового церковника. Особенно с  учётом изрядно разъеденной руки, будто солидную часть плоти оторвала вместе с металлом неведомая тварь, не говоря уже о переломанных костях, но последних видно не было, разве что внимательный глаз по походке проследить смог бы. И подросток без сознания с зияющей раной в плече да с переломанными кистями и пальцами. Парочка явно побывала в заварушке, только вот в чём была её суть – жителям ещё было толком невдомёк, но самого такого события хватит на месяц вперед обсуждать, не говоря уже о вскоре откроющихся деталях. Единственное о чём сожалел Манн, так это о том, что был недостаточно аккуратен и острожен в последние дни, потому собственно и пострадал. С другой стороны, до этого он чересчур долго работал в команде с Данте и Михаэлем, так что без них было непривычно. Не то чтобы пёс инквизиции переживал за свою плоть, но чем она целее, тем лучше он может нести свою службу во имя Церкви и Господа. Хотя вряд ли это было сожалением, скорее разочарование для самого себя. А что касается сына садовника… Скажем так, капеллан искренне надеялся на спасение его души, но если придется, то он очистит её, даже самыми радикальными способами.
С такой мыслью и распахнул Утер дверь в корчму уверенным пинком, тут же придерживая её плечом, постепенно проходя внутрь заведения под косые взгляды посетителей.
-Староста. Где? – Кратко и достаточно громко поинтересовался у присутствующих инквизитор, явно давая понять, что не собирается изъясняться сейчас перед всеми касательно происходящего. Конечно же, им станет всё известно, но несколько позже. В первую очередь необходимо ситуацию обсудить с главой и выдать соответствующие распоряжения касательно дальнейших мероприятий по данному делу.


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Утер Манн
Прожженный авантюрист
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Ср 05 Сен 2018, 14:51

avatar

Репутация : 86
Достижения :
Награды :
Анкета : Прокаженный
Игровые очки : 32
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек (Тавантинец)
Ремесло: Орден Святой Инквизиции
Звание: Капеллан

Посмотреть профиль

[совместно с ГМом]


Староста же сидел в корчме, изволив кушать солидную порцию каши с копченой колбасой, не забыв разбавить сытный обед солидной кружкой пива. Когда же вошёл Утер, он замер на миг с вытаращенными глазами, а потом с шумом выплюнул всё пиво, увидав того с юным пленником, да и в целом их внешний вид.
-Свя..вя..явя… Ой о…О-отче?! – Не знал как верно среагировать на подобное представление местный голова, покуда по лицу его струились пенные струи хмельного напитка, стекая под ворот рубахи.
-Вот вы где. –  Завидел искомого инквизитор, при этом кивнув в сторону дальних помещений корчмы, к которым собственно уже и не спеша направился под растерянные взгляды люда, - нам бы переговорить.
-Ко-конечно. - Староста вытер подолом рубахи испачканный подбородок, после чего, сглотнув подступивший к горлу ком, разразился громогласно на весь этаж - Вон! Все вон! Даже ты, Томас, иди вон! Я буду говорить со святым отцом. – Распорядился управляющий Хорнкерста, выдворив даже трактирщика. В повисшей тишине раздался шум отодвигающихся стульев и шагов, наряду с нарастающим шёпотом. Через минуту же, последние косые взгляды скрылись за дверью на улицу, где отчасти слышался гул обсуждений, а капеллан же уже взвалил Уилла прям на стол, за которым и уселся, наслаждаясь тем, что может передохнуть. Довольно радикальным было решение выдворить всех, но, видимо, впечатление оказалось уж слишком ярким, даже может шокирующим?
-Не знаю чем провинился мальчишка Брока, но хочу сказать, что он всегда мне не нравился! – Принялся тараторить старик, подсаживаясь к церковнику, но поодаль от стола с парнишкой, в котором узнал сына садовода. -Так и знал, что рано или поздно он свяжется с колдовством или, прости единый, продаст душу Бездне. А что он натворил?
-Кто-нибудь знал, что он колдун? – Вопрос Манна был довольно прост, хотя сейчас его самого поражало слегка поведение собеседника, ведь при первой встречи тот вел себя несколько иначе. Наверное, не рассчитывал на то, что инквизиции удастся что-либо найти в их глуши. Капеллан даже мог понять его. В конце концов, когда, например, происходит чудо, задача церкви не доказать его, а в первую очередь постараться опровергнуть – только так можно найти истину. Видимо с подобным скептицизмом отнеслись и к самому служителю ордена, особенно беря в учёт тех недоносков, что всячески пятнали честь инквизиции, пребывая в Хорнкерсте ещё до прибытия Утера. Но как бы там ни было, а староста не медлил с ответом, напротив, он тут же разошелся в речах:
-Помилуйте! Если б знали – стали бы мы терпеть рядом такое исчадье ада! – Староста даже слегка побледнел, замотал головой, замахал руками, открещиваясь от подозрений, мол да как же так,  – мы и представить не могли какие невинные формы может принимать зло! Ну был он нелюдим этот мальчишка Броков, в лес ходил да часто пропадал там надолго. Так это же не повод…
-Ясно. – Прервал одним словом своего собеседника, понимая, что тот и дальше собирается оправдываться, ведь ежели в стаде паршивая овца завелась, то кто виноват? Кто недоглядел? Правильно, пастух. Но как таковой вины старосты в инциденте церковник не видел, по крайне мере пока что, а потому постарался даже в некоторой степени приободрить паникера, - Тем более мать потерял, неудивительно, что на это и списывали наверняка всё. Но он колдун, седьмая сила или жизнь, не уверен. Юный маг отступник может быть глуп, но инквизиция и гильдия магов способны быстро научить уму-разуму. Однако,- словно сожалея о судьбе мальчика мужчина даже задумался о чём то о своём на секунду другую, - минувшей ночью на сгоревшем хуторе на меня напала нежить, чей след в итоге и привел к мальчишке. В сарае же семейства мною были найдены записи о некромантии, да, не удивляйтесь так, скверное дело. И не только записи я там нашёл. – Указал на последних словах защитник веры на свою левую руку движением головы, отчего спутанные волосы даже ударили по его покрытому морщинами лицу. Староста же даже прикрыл рот кулаком, глядя круглыми глазами на то, что осталось от конечности капеллана. Одно дело, когда кабана иль курицу разделывают на мясо, и уж совсем другое, когда у живого человека огромный кусок плоти просто-напросто отсутствует, зияя раной во всём своем кровавом великолепии. Кажется, глава даже потерял дар речи, ну или же слишком глубоко мыслями ушел в рассуждения, а потому Манн продолжил:
-Я попросил пару зевак пока приглядеть за Броком и дочкой его, как и за самим хозяйством. Однако, настоятельно прошу вас для этого дела временно выделить несколько крепких телом и духом мужей. Вас же не затруднит помочь церкви?
-Нет! Нет!Мы… То есть я, всегда рад, да, рад! Не спускайте глаз с этих садоводов! Говорят, что ересь, она как плесень! Не успеешь отделить поражённое зерно и гибнет весь урожай! – Очнулся наконец деревенский управитель от своих дум, расходясь в пламенных речах, но не забыл и поинтересоваться, с явной осторожностью в голосе:
-Так это Брок вас так… Так э-э-э уделал?
-Отец не причём, насколько могу судить пока что. А это…Малец варево сварганил, или же где-то отыскал. Мерзкая штука, потому с любой жидкостью из их дома и сада следует обращаться как можно осторожнее. – Спокойно и в некоторой степени даже холодно отвечал пёс инквизиции. Казалось бы, из всех нынешних увечий – разъеденная рука была самым страшным, но именно она и не болела, что вызывало целый ряд вопросов о происхождении той мутной жижы. В остальном же, инквизитору доводилось терпеть и куда более суровые телесные муки, так что голос его был твёрд, а сознание ясно.
-Понял. Понял, а как же … Так изволите помощников? Кхм, есть пара шкуродеров и кожевенник. Все мордовороты хоть куда. Кожевенник так вообще дубленый поддоспешник голыми руками рвёт. Я распоряжусь чтоб за  ними послали!
-Отлично, полагаю, что на день другой можно на них положиться. Мне бы перо перо с пергаментом да чернилами, да ещё гонца с резвой кобылой. И целителя какого.
-Целителя нет, - потупился староста, - но могу порекомендовать кузнеца. Знатный костоправ и зубодёр. Глядишь и с вашей рукой что-нибудь да сообразит, а остальное найдем.
-Что-ж, пусть так. А арматид в деревне может водится у кого? – Староста же в ответ энергично помотал головой.
-Как и следовало ожидать, но глупо было бы не спросить, не так ли? Тогда мальчонку в кандалы в подвал церкви, обездвижить и закрыть рот. – На этот раз ответом последовала серия быстрых кивков, кажется, глава сейчас всё пытался уложить в своей черепушке дабы ничего впоследствии не перепутать.
 
-Благодарю вас от имени Церкви и Ордена. Не сомневайтесь, о вашей самоотверженности я обязательно упомяну. – Подытожил Утер, слегка откинувшись на спинку стула и даже улыбнувшись, хоть и немного натянуто, давая тем самым понять собеседнику, что формальная часть окончена и пора бы уже и дела делать.
-Ну что вы, святой отец, это мой долг! Подскочил староста, явно намереваясь броситься прочь из помещения да выдавать распоряжения, - положитесь на меня, я обо всё позабочусь!
-Не смею вас задерживать. – А задерживаться деревенский управитель и не стал, тот час же вылетев из корчмы, за дверью которой слышались не очень разборчивые голоса.


Вскоре пара бугаев пришла за Уиллом, да связала его, отправившись к церкви, а капеллану же принесли письменные принадлежности, которыми он незамедлительно воспользовался, написав письмо в орден. В тексте упоминались события последних дней, но не все, знать о каждом методе Утера руководству не следовало. В конце концов, сам Манн уже давно смирился с мыслью о том, что совершил множество ужасных деяний, если их рассматривать исключительно лишь как сухой факт, а значит, скорее всего, в бездне ему уже уготовили место в котле. Но ежели цель – спасение души, то цель оправдывает средства. А потому заступник веры готов был гореть – жизни и души многих, важнее судьбы одного. Он сам принял такое решение и готов как жить с ним, так и умереть, ведь намерения его благочестивы.
Помимо прочего, в письме капеллан попросил прислать лекаря, ссылаясь на своё состояние, да несколько братьев по ордену, желательно чтобы среди них был хотя бы один экзерцист, дабы поставить точку в этом расследовании.
Отправив же с гонцом весть, инквизитор поспешил к кузнецу, который, поразился ранению, но смог его подлатать на своей наковальне. Рану прижгли, а оставшиеся кости соединили штифтами. Стоит ли говорить о том, как громко вопил капеллан в агонии, пока мастер ковки старался спасти конечность? Представить подобное сложно, но вот услышав такой крик однажды, вы ещё не скоро его позабудете, ведь он насквозь пропитан болью и страданиями.
Через пару дней в деревню прибыло четверо инквизиторов со священником-целителем, которые и взяли ситуацию уже под свой контроль. Пока Утер зализывал раны, следственная группа подтвердила его догадки благодаря допросам и уликам. Было установлено, что сожжённая в деревне ведьма в свое время охмурила мальчишку-садовода, пошатнув его сознание и раскрыв магический потенциал. В тайнике сарая был даже обнаружен её дневник, местами зашифрованный, однако в нём были и явные упоминания о том, что в Уилле она видела своего почившего возлюбленного. А когда же колдунью предали огню, малец совсем спятил, да решил месть готовить, начав практиковать учения некромантии – наследие, оставшееся в личных записях «любимой». Подросток признал, что высасывал жизненные силы из сестры (потому она и была такой болезной), создавал в ходе ритуалов младшую нежить да и в целом занимался крайне не богоугодными делами. Брок наконец осознал произошедшее и отрекся от сына, был даже готов лично поджечь костёр на котором и испустит поганец дух, однако, по завершению расследования делегация инквизиции покинула деревню вместе с обвиняемым, так что зрелища никакого не было. Сам же Утер предполагал, что виной тому как раз таки зашифрованные записи, суть которых и поможет парнишка раскрыть, ну а дальше… Известное дело что дальше будет с ним. А капеллану же за пару месяцев смогли не только спасти руку, но и вернуть её в прежний вид, не считая новых шрамов и приходящих болей.
Но вот «божественное прикосновение»  раскрылось в полной мере. «Проказа», что не поддавалась лечению, наконец заявила права на жизнь церковника, предрешив его участь…


 И жизнь отдай! И жизнь отдай!    
И сердца самый яркий свет отдай!
За всех вокруг сейчас страдай,        
 А судьбу свою огнём сжигай!        

Исповедь     
Вернуться к началу Перейти вниз

Ланс
Путник
СообщениеТема: Re: Деревенская околица
Сб 15 Сен 2018, 21:33

avatar

Репутация : 2
Игровые очки : 8
Боевой опыт : не заполнено
Магический опыт : не заполнено
Чистая карма
Лик героя
Раса: Человек(Тавантиец)
Ремесло: Некромантия
Звание:

Посмотреть профиль

Ланс до Хорнкерстра шёл несколько часов. За это время луна уже успела выйти из-за горизонта, и остановиться высоко в небе. Она достаточно хорошо освящала дорогу, ведь она была полной, а небо было чисто от облаков. Именно в такую прекрасную погоду и распускался Луноцвет, за которым и направлялся адепт.  Под этой самой луной его продолжал сопровождать Летифер, но это был единственный спутник Ланса. Хорнкерстр был деревней, то в глубокой ночи большинство его жителей отдыхали в своих домах, а значит и потенциальных наблюдателей за адептом было крайне мало.
Впрочем, ему надо попасть на кладбище этой деревни, в саму деревню заходить ему совсем не обязательно. Конечно, это не должно быть его однозначной остановкой. Возможно, данное захоронение будет не таким уж и старым, а может и слишком малым для целей адепта, потому он просто пришёл оценить и посмотреть на него. Смотреть, благо, было на что. Кладбище было довольно старым, что несомненно радовало ученика, и что он смог сразу почувствовать. Кладбище было не самым большим, но и не самым маленьким. Оно вполне подходило для поиска необходимых ингредиентов, но так же источало ауру, которая отлично подпитывала мага. 
Ланс вновь оживился, то ли от удовлетворения найденным, то ли от  подпитки кладбища. Несмотря на сильную боль в ногах от большого, по меркам мага-книжника, пройденного расстояния он ускорился и начал быстро идти вглубь могил. 
Оказавшись в центре большого скопления каменных надгробий адепт начал искать. Не сказать, что найти серо-чёрный цветок в темноте легко, но это было единственное время когда он расцветал, а значит выбора нет. Что самое обидное в этой ситуации, Луноцвет никак не выдаёт своё положение. Однако же, ночь идёт достаточно долго,поэтому времени на поиск было вполне достаточно. В другой же степени, нахождение среди мёртвых успокаивало и так спокойного по своей натуре Ланса. Быть может мирное лежание в земле и созерцание звёзд не так уж и плохо, жаль, что души остаются отнюдь не в телах как наблюдатели, а отправляются в другие места, другие, наверное, миры. Будет ли их жизнь настоящей, если выдернуть их душу и насильно засунуть в их же прогнившее тело, лишь тень своего былого обличья. Не всякий такое сможет перенести, ещё меньше смогут это осознать и, скорее, будут как дети. Потерявшиеся дети.
Но не об этом надо думать адепту. Он уже умудрился найти этот малозаметный цветок, который сразу и сорвал, долго не думая. Он был в расцвете сил, луна подарила, в некоторой мере, жизнь этому цветку. 
Но дальше - больше. Теперь ученику необходимо было найти чертополох. А точнее Мёртвый Иглоцвет. Само растение адепту было не очень и нужно, но его корень имел куда большее значение. Забавно, но Ланс вспомнил, что видел этот несчастный колючий цветок, но ходив в своих думах просто-напросто не обратил на него внимания. Он рос на чей-то могиле, очень близко к надгробию. От нерасторопности ученика уже начинало светать. Ночь ещё преобладала над Днём, но луна давно скрылась за деревьями, а первые лучи солнца начинали понемногу проглядываться. Это было своеобразное послание, говорившее сильно поторопиться. Пройдя обратно, и пару раз свернув не там, адепт наконец достиг заветного цветка. Он был достаточно старым, но это не имело значения. Цветок нельзя было трогать, надо было извлечь его вместе с корнем.  Само растение не очень сильно нужно было Лансу, но оно вполне могло сгодиться для практики алхимии, или создания полезного зелья. 
Потеряв некоторое время, а так же чистоту своего одеяния, которое теперь было в земле, адепт довольный своей работой спрятал оба ингредиента в сумку, и отправился прочь. Солнце уже начало выглядывать из-за деревьев, а это значит что многие жители деревни уже начали просыпаться. Если Ланса застукают на кладбище всего в грязи, то его обязательно не правильно поймут. Деревенский люд не самый разборчивый - долго думать не станут и сразу устроят самосуд над осквернителем могил. А потому смысла задерживаться не было - адепт сразу пустился в путь.  Только сейчас он понял что достаточно сильно устал и хочет спать. К сожалению, он был пока что обычным человеком, и испытывал потребность во сне и отдыхе. 
Решив устроить привал позже Ланс вновь вышел на дорогу и пошёл по ней. Солнце отлично грело его спину, ветер был уже не такой прохладный, как ночью, а дорога предстояла долгая.
Вернуться к началу Перейти вниз
 
Деревенская околица
Вернуться к началу 
Страница 2 из 2На страницу : Предыдущий  1, 2

Права доступа к этому форуму:Вы не можете отвечать на сообщения
-
Перейти:  
На верх страницы

В конец страницы